Средь гулко-лёгких перелесков,
отчаянно-бесшумных рощ,
где гиацинты жадным блеском
влекут сказать, как мир хорош,
я думал о фальшивой славе,
о суете любого дня,
когда в серебряной оправе
звучала старая луна.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.