Нацело

Если надо забыть — забывайте до дна.
Если надо уйти — уходите навек.
И сквозь красный туман замурованных век
проступает больней
                                 призрак брошенных дней — тишина.
Страшный суд позади: из помятых долин
вопли жертв не слышны; бог, умаявшись, спит;
кто-то клеит остатки расколотых плит;
а покоя все нет —
                                нескончаемый бред половин.
В помутившемся небе созвездия путают ритм,
день и ночь, как слепые, не могут друг друга найти —
и бредут отрешенно они от зари до зари,
заставляя Вселенную тоже по кругу идти.
А в сумасшедших часах — циферблат добела постарел,
балансир убивает минуты — не спится ему!
Только память осталась на дне испаренных морей,
и ее неизбежно придется убить самому.

Продолжайте себя до последней строки,
до последних надежд, до последней любви...
Если надо — сумейте ползти по крови,
и в грязи подыхать —
                                     но лишь яростней сжать кулаки.
Но случится забыть — забывайте до дна.
Пусть порвется душа — но сжигайте мосты.
В бесконечности жизни хватает пустынь,
где стоит под дождем
                                     и безропотно ждет тишина...