Свидание вслепую

Взяв в руки мобильный телефон и посмотрев на циферки, горящие на дисплее, она начала быстро набирать ещё совсем недавно неизвестный ей номер.
- Ало, я вас слушаю…
Странный незнакомый мужской голос разорвал молчащий эфир. Приятный тембр, но слегка непривычно высокими нотками для её слуха.
- Это я, - несмело прошептала она в ответ.
- Кто это?
- Это я. Я уже рядом и потому решила позвонить.
Голос на другом конце невидимых проводов внезапно замолчал. И ей на мгновение показалось, что это молчание будет вечным.
- Ты меня слышишь? – прошептала она. – Я уже совсем рядом.
- Я не могу сейчас говорить, но я обязательно перезвоню.
- Хорошо,- ответила она и нажала на красную кнопочку, прервав соединение.
Странное ощущение возникшее где-то глубоко внутри. Волнение? Страх? Или то и другое вперемешку? И долгие часы ожидания того, что так давно было записано кем-то в старую добрую сказку, похожую не то на быль, не то на сон. Она молча подошла к окну. Белый пушистый снег, медленно кружась, покрывал землю и голые ветви уставших деревьев. Медленно кружась, медленно падая, медленно погружая в сон. И лишь мелькнувшее сообщение на внезапно загоревшемся дисплее: «Тебе лишь вся моя любовь». И нежность, подхватившая всё существо – медленно раскидывая крылья, медленно кружась, запрокидывая голову и устремляя взгляд в неизвестность, медленно падая на пастель, медленно погружаясь в сон…

Нежность... Объятья были такими нежными и глубокими, что не хватало не слов ни чувств. Она погружалась в них снова и снова, как когда-то погружалась в нежную пену поющего океана, и вечная колыбель, медленно раскачиваясь, уносила её в страну прекрасных грёз. Прикосновения были такими незаметными, но волнующими. И желания недавно так глубоко дремавшие учащали пульс и дыхание. Дыхание её любви, сливающееся  с дыханием кого-то находящегося рядом, невидимого взгляду, но так ощутимого душой, сердцем, телом…
Пронзительный голос кукушки выбил её из сновидения. Старые часы громко тикали на кухне, нарушая ночную тишину. Лунный свет, пробиваясь сквозь тонкую гладь стекла, делал предметы нереально прозрачными, с лёгким холодом металлического блеска. Картина, открывшаяся взору, была столь эфемерна, что она на мгновенье усомнилась в своём пробуждении. Лишь смятая простынь, волнующаяся плоть и едва уловимый мужской запах, тонко переплетающегося с витающим в воздухе лёгким дымком ладана.
Он был невидим, но так тонко ощущаем…

Свидание вслепую. Это так нелепо, как нелепы все ожидания и страх  по поводу предстоящего события. Как те мгновенья, когда самолёт трижды пытался сесть на взлётную полосу и молитва, отпущенная в пустоту, и обращение взора к тому, кто так ждал, но так боится этой встречи. Эти долгие письма и краткие строчки в ответ так много говорящие о том, что желания, прорывающиеся наружу, прячутся за тысячу замков людских предрассудков под грифом «Совершенно секретно», что, в сущности, означает «Нельзя».
И сейчас, когда она стояла  в подземке шумного метро, опираясь на гладкую стенку, холод, исходящий из мрамора, проникая в самую глубь лёгким волнением  с примесью страха, словно подталкивал её к побегу от этой неизвестности. И множество разностей витающих в голове – а вдруг это не он, а вдруг я ошиблась, а вдруг…
Высокий человек внезапно оторвавшийся от ровного слоя толпы, пробирающейся от одной станции к другой, стремительно направлялся к ней. Подойдя ближе, он наклонился и поцеловал её в щёчку.
- Привет, ты давно меня ждёшь.
Она на мгновение словно онемела. Нет, не то чтобы она поступила бы по-другому. Именно так бы она и сделала при встрече. Но просто, чтобы другой человек был бы таким же… И всё же было приятно, что её узнали без труда средь множества стоящих и идущих мимо.
- Ну, не то чтобы давно, но счёт предъявлю обязательно.
И они дружно рассмеялись. Потом он взял её ладонь в свою ладонь и уверенно повёл в ближайший тоннель перехода. Было тепло и приятно ладошке, было нежно и легко на душе. Все страхи и волнения будто улетучились, растаяв в неизвестном направлении. Она посмотрела в его глаза и ещё раз радостно улыбнулась.
- Как ты меня так быстро и безошибочно узнал?
- По глазам. Я словно погрузился в твои глаза и понял, что это ты. А разве можно ещё как-то узнать человека?
- Конечно. Например, тебя я узнала по несуразности.
- Это как?
- Ну, вдруг отделяется от всей толпы такой огромный и несуразный. То есть совершенно необычный и непохожий на всех остальных. В общем, не обращай внимания, я буду болтать массу глупостей.
- Мне очень нравиться твой голос. Я другой себе и не представлял. Когда услышал тебя впервые по телефону, сразу же понял, что это ты.
- Я для меня твой голос совершенно незнакомый. Мне больше нравиться бархатная глубина, но я уже почти привыкла.
- Знаю, сам чувствую, что это не моё, но сделать ничего не могу.
- Куда мы идём?
- В одно тихое заведение, там хороший кофе и вкусные пирожные. Нужно же как-то отметить этот удивительный вечер. Ты любишь сладкое?
- Очень и в неограниченных количествах.
- По тебе не скажешь, - сказал он и критически посмотрел на её изящную фигуру.
- Значит это моё…
Они поднялись по ступенькам на поверхность. Вечер казался удивительно тихим, не смотря на людность и бесконечно мелькающий мимо транспорт. Снег медленно крупными снежинками оседал на её каштановые кудри, но совсем не было холодно. То ли оттого что её ладошка уютно лежала в его ладони, то ли оттого что рядом был он, такой большой и пушисты, как плюшевый мишка, обнимая которого холодными ночами она непременно согревалась.
Вечер выдался действительно удивительным, и это журчание стекающего водопада, и нежная музыка, и лёгкий перезвон колокольчиков – песня ветра. Они говорили о танцах, о движения стихий и шуршании крыльев. А потом протягивали на встречу друг другу руки, и сравнивали линии жизни, среди которых затерялась предательская родинка так беспристрастно говорящая об их тесном родстве то ли телесном, то ли духовном…
- Я очень боялась, что ты окажешься не тем, кого я так часто видела в своих снах.
- А я наоборот, очень боялся, что ты окажешься той, которую я себе представлял, потому что таких просто не может существовать в природе.
- Могут, уж поверь мне. И мы с тобой далеко не одиноки.
- Ты знаешь, минуту назад я перестал любить самолёты. Потому что завтра один из них унесёт тебя.
- Но ведь однажды я вернусь…
- Можно я тебя поцелую?
Она молча кивнула в знак согласия, потом закрыла свои глаза. Что-то нежное, едва заметное, коснулось её губ, как касание утреннего ветра свежестью, вызывая лёгкое волнение внутри. Она, вздрогнув, раскрыла глаза и удивлённо посмотрела на него
- Я должна бежать. Иначе потом будет и вовсе трудно оторваться, – быстро проговорила она.
А после приподнялась на цыпочки и, обхватив руками за шею, крепко, крепко прижалась к его груди. Он нежно провёл ладонью по его волосам, сбрасывая налетевшие белые снежинки.
- Я обязательно перезвоню, - проговорил ласково он
Она оттолкнулась от него, а потом резко развернулась и быстро пошла к подъезду, скрываясь за железной дверью, без права на возвращение назад.

Тяжёлая дверь плотно закрылась. На душе было так же тяжело и неспокойно, как будто от чего-то недосказанного, недоделанного. Ещё долго не уходила из прихожей, словно ожидая, что дверь вот-вот откроется. Странное ощущение чужого присутствия рядом, даже иногда казалось, что лёгкое дыхание то и дело касается её губ, как тогда на улице. Пройдя в комнату и, раздевшись, быстро запрыгнула под одеяло, плотно закрыв глаза. Кто-то невидимый неслышно присел на краешек кровати. Не то что бы от страха, а просто чтобы не растаяло это ощущение присутствия так давно ожидаемого, не открывала глаза. А после будто провалилась в небытие.
Резкий звонок мобильного телефона вернул её в реальность.
- Как ты там?
- Всё прекрасно, - проговорила сонно она.
- Что ты делаешь?
- Вообще-то я уже спала.
- Странно,- удивлённо проговорил он. – Ну, тогда до завтра.
- Спокойной ночи и пусть тебе приснится прекрасный сон…
- В котором обязательно должна быть ты!
- Я там обязательно буду…
И вновь это яркое ощущение присутствия. Это начинало уже несколько пугать. Такое его появление без предупреждения было весьма удивительным. Обычно на кануне должно было обязательно что-то произойти. Хотя о чём это она. Ведь эта удивительная встреча, разве она не смогла бы стать неким переходом в ту реальность, в которую она так давно не могла вернуться.

Лунный свет, тихо проникал в комнату, невидимыми волнами изменяя  былую действительность. Стены словно исчезли, делая пространство более объёмным, а окружающая мебель отсвечивала металлическим блеском.
Картина резко изменилась. Взрыв, обвал, дым, разъедающий глаза, раненые, крики, кровь и кто-то пытающийся повернуть время вспять и что-то изменить…
После горы, незнакомая речи и вновь дым, гарь, крики и кровь…
Они поднимались по лесенке из метро. Снег уже не был таким чистым, а небо давило своей тяжестью. На этот раз он довёл её до квартиры, решив остаться. Раздев её и уложив в постель, долго кутал в тёплое одеяло, озябшее и уставшее хрупкое тело. А потом, поцеловав, куда-то исчез, обещав обязательно вернуться. Но возвращались другие из прошлых лет и прошлых жизней. А она как слепая протягивала руки навстречу и пыталась на ощупь определить, кто был сейчас рядом с ней. А когда вернулся он, то всё вокруг будто преобразилось и комната, словно посветлела и она прозрела, увидев происходящее вокруг.
- Я вернулся, - сказал он и прилёг рядом с ней.
Она же, уткнувшись в его плечё, тихо заплакала.
- Ну что ты, маленькая. Всё будет хорошо. Ведь ты мне веришь? – шептал он, вытирая крупинки стекающих слёз.
- Верю. Но я знала таких сильных мужчин, стремительных и уверенных в себе, переполняемых мощной энергией и устремляющихся бесстрастно вперёд. Со многими мы взлетали высоко вверх, а падение некоторых я не могла долго пережить. А в тебе этого как будто бы и нет, но столько тишины и нежности, что хочется всё забыть, уснуть и не просыпаться.
- Но так не бывает. Пробуждение неизбежно. И ты это знаешь не хуже меня.
- Конечно, конечно, но только не так скоро. А хочешь, я научу тебя быть сильным? Это не так уж и сложно, главное поверить мне и довериться. Энергия как подводные реки, которые рано или поздно находят выход наружу. Нужно лишь поверить, что это кому-то нужно, а главное понять, что это нужно в первую очередь тебе. Первый шаг – первый толчок с правом на прорыв. Это как нежный источник свежий и чистый, касающихся твоих чувств лёгким обещанием и надеждами на будущее. Второй шаг – второй толчок с правом на существование. И это уже река желаний бушующая и спокойная, с мутной и прозрачной водой, вечно изменяющаяся и не находящая покой. Третий шаг – третий толчок с правом на просто быть. И вот река впадает в огромный океан. И всё вокруг нас становиться похожим на бесконечный океан, где невидно ни конца не края. Где, окунаясь в него, сам уже становишься океаном… Вечностью…
- Я люблю тебя…
- Боже, как прекрасен и нежен тот светящийся бескрайний океан.

- На моём телефоне было шесть вызовов от тебя, когда я вышел из метро, Поэтому я так удивился, когда ты ответила, что уже спишь.
- Я не звонила, но слишком хотела быть рядом.
- Я был с тобой всю ночь.
- Я знаю…
- Я говорю правду…
- Я же говорю, что знаю…
- И эти нереальные стены и мебель… И ты… И океан… И вечность…
- Я знаю…

Машина везла её быстро, оставляя позади ещё недавно такой чужой, а теперь уже такой близкий город. Потому что в нём оставался он, тот, кто подарил ей свою нежность. Голые ветви белых берёз, припорошенные белым снегом, мелькая стоя на обочине, словно напоминая о тоске ожидающей её где-то там за линией горизонта.
- Я уже зарегистрировалась и жду посадки.
- Ты в седьмом зале?
- Откуда ты знаешь?
- Просто знаю…
- Спасибо тебе…
- Когда вернёшься, напиши мне длинное-длинное письмо…
- Когда я вернусь…
Пройдя в салон знакомого самолёта, она уселась на своё кресло. Люк захлопнулся, трап отъехал. Из громкоговорителя звучал голос пилота, приветствующий пассажиров и обещая скорый взлёт.
- Мы скоро взлетим, и я буду от тебя так далеко, - отпустила она фразу кратким сообщением ему.
Самолёт легко тронулся, но, отъёхав буквально на несколько метров, внезапно остановился. Ожидание было долгим.
- Мы уже более сорока минут не взлетаем. Что случилось милый?
- Всё будет хорошо. Только не забудь написать…
Двигатели самолёта зашумели, самолёт тронулся. И уже через несколько минут его белые крылья разрывали вечернее небо, унося её всё дальше и дальше от него.

Когда наши взгляды встретятся мы, конечно же, узнаем друг друга и в этот раз и в следующей жизни. А когда сомкнуться наши руки - мы взлетим в высокие небеса, разрезая светящееся пространство белыми крыльями, становясь, всё ближе и ближе друг к другу.


Рецензии
Спасибо. Очень по доброму и ранимо. Похоже на сказку. Почему же её так мало? Мы размениваем крылья на спокойствие, наверное так надежней, а зря...
Спасибо еще раз.

Василий Небылица   16.02.2005 04:08     Заявить о нарушении
Спасибо Вам за добрый отклик. После такого действительно понимаешь, что всё в жизни не зря.
Ли

Елена Ступникова   16.02.2005 09:23   Заявить о нарушении