Сморчок становится гигантом

Питает миллиарды тел
И душ светящаяся сиська.
Своих возможностей предел
Имеет каждая пиписька,

Чья цель – пустая борозда,
На бант завязанная (дважды),
Она же – рыжая… звезда,
Всех ослепившая однажды.

Теперь ей просто невдомёк
Наглядность, выпуклая круто.
Сэр Джад, сказал ей как-то… ёк,
Не по-английски почему-то.

Ловить приходится момент,
Когда сморчок любуясь бантом
(Пипи) из сказки с happy end,
как джин становится гигантом.

Он, в предвкушении весны ,
Пройдя сквозь прорези одежды,
Прямой, как голый ствол сосны,
Стоит в преддверии… надежды,

Дрожит, шевелится, продрог,
Во власти некоего свойства
Любви, имеющей предлог
Стонать и требовать геройства.

За правду истово борясь
Гудит загруживаясь  Enter,
Как бог осуществлявший связь
Мужчин и женщин через… центр.

Есть и такая полоса,
Не без привычных катавасий…
К тому же это – Небеса
И то, что между… ипостасей.

с рожденья каждому дана
Она и море обаянья
Изгибы тела и… вина
За непотребные желанья,

За громогласное хочу,
Чей дух воистину убийствен,
За страх, за плату палачу –
Уму, охочему до истин,

За каждый съеденный кусок,
За хмарь однообразных буден
За чистый воздуха глоток,
Живой, который неподсуден.

Конгломерат таких тревог
И мыслей преумножен рвеньем.
Что заповедовал нам Бог
Я буду делать с наслажденьем.

Сумел же превозмочь  удел
Раба в Египте тот же Изька,
Своих возможностей предел,
Пардон, осилит и пиписька,

Взыграв, поднявшись на дыбы,
Достигнув сокровенной точки,
От удовольствия дабы
Кричали мамочки и дочки.