Монолог на остановке женский монастырь

«Любовь? Он поглощен совсем не ею.»
Быть может, Гамлет - но, увы, не я.
Не ожидайте мирного житья
От тех, чьи предки брали галереи

И храмы Рима. Мудрость не про них.
Их, варваров, ничто не сохранит.

Где римлянин в душе - пожмет плечами;
Где усмехнется греческая спесь;
Где не подымет благонравный перст
Гораций, новоявленный датчанин, -

Вандал, как человек неделовой,
Упорно бьется в стенку головой.

Не менее, чем два тысячелетья
В беседе, в обиходе, на холсте  -
Приличья в изъявлении страстей
Успешно игнорируются  этим

Обломком века. В дикости завис.
Что делать - социальный атавизм!

Когда диктуют веяния века
У Фрейда, Цицерона иль Фомы
Искать опоры,  - так, мозги промыв,
Их чем-нибудь накачивает лекарь, -

Смешно твердить  с унынием в лице,
Что вы не признаете панацей.

Что фразы как товар - не стоят денег,
Что все микстуры льются мимо рта,
Что ни один ученый шарлатан
Без мыла вашу шкуру не наденет,

Что вам нужны не отдых и покой,
А только та, о ком... или о кой?

Позволив замесить себя, как глину,
Ни в корне мысли, ни в ее ботве,
Вы так и не отыщете ответ:
Что делать, если свет сошелся клином.

Принц Датский к тридцати своим годам
Признаться, ни черта не разгадал.

Ему, похоже, в ум не приходило
Искать примера в собственном лице.
Ну, что за фантастический рецепт:
Пить уксус, заедая крокодилом?

(Кто в диспуте с гиперболами щедр,
Тот их едва ли видел вообще).

Ну и куда, какому тайновидцу
Теперь адресовать подобный срез?
Остановиться - лучшее из средств,
Но объясните, как остановиться,

Когда - как пару тысяч лет назад  -
У сердца отказали тормоза?

Любовь? Он поглощен отнюдь не только -
Счастливчик принц! -  не только ей одной.
Ни воды моря, ни речное дно
Покойницей Офелией в потоке

Его не поманили: от воды
Гниют цивилизации плоды.

Так пусть же не останется  в обиде,
Доселе не поняв, куда мы гнем.
Он поглощен не этим - черт ли в нем?
Он не тонул. Он этих снов не видел.

Кто сим заболеваньем обделен,
Тот принцем был - но не был королем!