Грозой накрытый вспышкой мыс
Грозой накрытый вспышкой мыс
и пена лавой золотой,
в сиренях сотни коромысл
венчались с чайною звездой.
Двоился белый образ твой,
троился, отправлялся в путь,
омытый влагой спиртовой,
к сиреням припадал на грудь.
Пожар ума в дождях души;
дрожали плечи, хороши.
Тьмы озаренной кисея
назначила тебя сиять.
Свет говорил: проволоку
восторга ледяную быль
к твоим губам, сомнув тоску,
и запечатав, как бутыль.
11 сентября 2002 г.
Свидетельство о публикации №104050400073