Бумажные крылья

По небу грез ступает вечер
И свет струится золотой
И кто-то зажигает свечи
В небесной синеве ночной
И где-то там, о сумрак ночи
Облокотясь, идет она.
Стройна и грациозна очень,
Она – холодная луна.
И тишина, лишь странной птицы
Издалека донесся глас.
И что Луне никак не спится
В столь тихий и безмолвный час?
Луна ступает осторожно,
Шлейф света за собой влача,
Но спит усталый подорожник
И одуванчика свеча.
И в звездном шелестящем ситце
Идет она, тиха скромна.
Лишь ночью, когда сон на лицах
На небо просится она.
В который раз рукой могучей
Свирепая брюнетка Ночь
Ей угрожает грозной тучей
И восклицает злобно: «Прочь!»
И голову склонив пред нею,
Луна целует ей подол…
И вот она уж в звездном небе
И видит сотни спящих сел.
Никто, увы, сейчас не видит
Всей этой лунной красоты.
Но как Луна на небо выйдет,
Тотчас к окну подходишь ты.
Но думает Луна , и слезы
Стекают по ее щекам,
О том, что внемлют лишь березы
Ее божественным рукам.
Она не знает, что под нею,
В каком-то домике вдали
Любуешься подолгу ею
Ты в звездной неге и пыли.
Она не знает, что ты плачешь,
Что тоже плачешь у окна.
Ведь все не сделаешь иначе,
Не упадет к тебе луна.
Она не знает, что однажды
Невыносимой станет тишь –
Ты станешь ангелом бумажным,
На тонких крыльях к ней взлетишь.
И лишь дотронуться успеешь
До серебра ее волос,
И в этот миг ты вдруг поверишь,
Не зря любовь на сердце нес.
Но окрыленный не заметишь,
Что крылья были не прочны
И свысока весь мир приметишь.
Он ближе… вот уже видны
Дома, утес и пруд зеркальный,
Где узнаешь в последний раз
Ты образ кроткий и печальный…
Но вот уж ночи свет погас,
И солнце ясное струится
На белом небе полотне
И к Ночи в дверь Луна стучится,
Вновь умоляет в тишине.
И снова Ночь иссохшим пальцем
Кричит ей: «Прочь, оставь мечты!»
И снова месяцем-страдальцем
Глядит на Землю с высоты.
И снова пруд зеркальный тот же,
И снова блики в темноте,
И даже звезды чуть моложе
В могучей черной высоте.
Но только что-то поменялось,
Как будто стала ночь светла:
Луне вдали вдруг показались
Лохмотья белого крыла...