Самоволка

Безобидной водой небосвод поливает народы.
Вот сломал свой замок и бреду в никуда под дождём
и давлю в себе стон расправляющей плечи свободы.
Пусть заткнётся внутри, я свободу сдаю в наём.

Я свободу продал, и, предав свои лучшие годы,
всё пытаюсь найти что-то новое в старых словах.
Всё пытаюсь затронуть мажорную струнку свободы,
и, уставы поправ, вдаль иду под дождём на страх.

В мой истерзанный мозг собираются лёгкие строчки
о дождях и ветрах, о величии нашей стези,
о святом торжестве бесшабашно поставленной точки
и о долге моём перед памятью древней Руси.

Но я бью их под-дых, мои мысли просты до цинизма.
“У меня ещё час”, - бормочу сам себе горячо.
Я бы плюнул на всё, с элоквенцией и с артистизмом
надоевший свой долг мягко сбросив на чьё-то плечо.

Я промок под дождём, постигая всесилье природы.
Вот пробил себе дверь и руками ловлю тишину.
Я хочу задушить сладкий голос манящей свободы,
но за час с небольшим вряд ли сделать с ним это смогу.

Мой незримый кумир, ты не зря принимаешь парады,
ты волнуешь сердца, будоража застывшую кровь.
Я не стою тебя, как великой бессмертной награды...
Что мне дать за тебя? Свою муку? И чью-то любовь?

Я бреду через дождь с онемевшей улыбкой кретина.
И замок свой, и дверь починю до исхода дня.
А прогулка моя - не свобода. Под крышею мира
я силён своим делом, и мне расслабляться нельзя!

Только снова дожди заливают миры и народы.
Снова лбом о бетон всё пытаюсь пробиться к себе.
Я хочу хоть на год, хоть на день настоящей свободы!
И за чудо такое был бы век благодарен судьбе...