И что с того, что счастье зыбко - наше - шатко?!

Закат свежо лил абрикоса цвета мягкость, смыкая вежд земные грани сном-охраной,
Вся тяжесть помпового вздоха гулко, зябко от наслажденья клекоча, ночует страны.

Мерцанье бликов расплескалось в мириады, пыл метеора быстротечен (будто лишний!),
Весь небосвод расстелен дивно и отрадно, блужданья звёздным кушаком преобразившись.

Молочно светится туманность Андромеды, хвосты комет несутся в трепетном величьи.
Алмазной твёрдости покон небес приведен:

                где ветер млеет – не щебечет гомон птичий.

Переполняясь в тяжесть, ширится молчанье. Простор равнинный кроет дно ночи' без-крайней.
Парад планет великолепен и отчаян, укрыт росою оловянной мирозданья.

Повисла в воздухе обманчивая нежность. В смиреньи кратком пыль садится терракотом.
В стык облаков, светил – и где-то как бы между – тропинкой хрупкою текут вершин ворота.

Непостижим размах галактик, в даль безбрежен, порой неся собой неведенья опасность.
Но как бы ни была туманна неизбежность, – прикосновенье божества смиряет страсти.

А утром снова солнца луч с высот забрезжил, весь холод звёзд был съеден за' ночь без остатка...
Необъяснима сладость будущей надежды!

             И что с того, что Счастье зыбко – наше – шатко?!















***
изображение из интернета