За окнами снег...
укрыл усталые домы,
что стала ясней нагота
вечерней постельной истомы.
От плотно запахнутых штор
тянет тенью ночного халата.
И ясно становится, что
любопытством глаза виноваты.
Так похотливый старик
в щелку ванной глядит плотоядно,
где над паром всплывает то лик,
то бедро коммунальной Наяды.
Любопытство не грех, но напрасный порок,
из которого трудно извлечь урок.
Нам нечего прятать: засохший букет,
надоевший рисунок обоев.
Нелепый плафон, отражая свет
тусклой лампочки, старит обоих.
Двое мудрых, поживших свое стариков
тридцати с небольшим годков.
Не смотри за окно, там - жизнь,
но и мы забываем о смерти,
говоря друг другу – "ложись"
и добавляя: "верь" – те
слова, от которых не то, что легко,
но раздвигаются стены.
Пока ты молчишь, сбежит молоко,
разбрызгивая пену.
И, дуя на пальцы, ты скажешь мне –
"мы эмигранты в своей стране".
Свидетельство о публикации №104022200729