Популярному поэту

Ты на эстраде вечен и умен,
В глазах огонь всесильного героя.
А сколько мы утратили имён,
Отдав тебе все почести без боя!

Душа тиха, и зал привычно тих,
Его зажгла завороженность звука.
Но больно мне, что я не слышу стих,
В котором есть пронзительная мука.

Всё правильно, слепит высокий век,
Зал слышит вьюги и веселье века,
И очень симпатичен человек,
Но на эстраде нету человека.

Есть лёгкое волнение ума.
Но почему он до сих пор обходит
Ту женщину, седую, как зима,
Что с похоронкой по дорогам бродит?

Отдай, что есть, и дом свой, и уют,
Свою любовь , и горе, и злословье, -
В любви и в горе все тебя поймут,
Отмечен будь и прожитым , и новью.

Талант высок – до звёздных рубежей.
В Руси всегда мило родное слово.
И в стороне непризнанных Кижей,
И в стороне непризнанной Рубцова!

Он на эстраде мало выступал –
Невзрачен был, а публика жестока.
Гремит аплодисментов бурный вал,
Мне почему-то в зале одиноко.

Не вижу я и тех берез, что пел
Здесь человек, известный за границей.
И снег летящий вовсе был не бел,
И пели здесь придуманные птицы.

Талант высок. И очень знаменит.
Нет на концерты лишнего билета.
Эстрадный бум не может заменить
Святую боль российского поэта