Каникулы в так сказать родовом поместье
зачерпни повечерья разбавленный спирт.
Но не дышится здесь и не пишется здесь, и мышами с газетой лежалою
пахнет пыльный чердак и рояль догнивающий спит.
Изменила ли муза, ли музыки время закончилось?
боли благословенной источник заглох?
Так и души вещей в пустоту все скользят неуклончиво,
удивляясь абсурду сожженных мостов и дорог.
Все же дело во мне – до конца растеряв инородность
на планете чужой, стал прозрачен для мира вещей.
Жизнь преодолев, преодолел и способность
обновления творческой прелести всей.
1997
Свидетельство о публикации №103121400661