Неисправимая склонность к меланхолии

Жене Райзер


Стервозны тучи над рекой,
цыганист ветер.
Дрожа, я правою рукой
держу беретик,
а левой рву пустой карман
в пальтишке лёгком.
А на мосту хрустит трамвай,
горя, как ёлка.
Ноябрь на сходе и зимой
толчётся в ступе.
Листва кружится над землёй
в тройном «тулупе».
И чтоб не зябнуть вместе с ней –
скорее к блинной.
Бычкам в томате не тесней
и не обидней,
чем в этом центре внеземных
цивилизаций,
куда, возможно, свезены
дары данайцев,
нам, не боящимся тепла…
витражных строчек.
Стихи ваяем из стекла,
дверь настежь – прочерк!
Гимн? Под закуску? В самый раз!
И пить солидно.
В миг вдохновенья кто из нас
грешит молитвой?
Махну рукою на фасон,
и это значит,
в толпе растаю, как озон
в дыму табачном.
Лишь напоследок промелькнёт
одна мыслишка,
что где-то ветер гладит лёд
и слов не слышно,
что над рекою ночь страшна.
Веленье свыше?
А вдруг ты всё-таки пришла,
но я весь вышел!