Клякса

Изведя бесконечные кипы бумаг,
Я себя написала на белой и чуткой,
Каждый слог выверяя, как взвешенный шаг,
На года, на поступки, на звуки, на чувства.

Мне казалось законченной мысли полны
Аккуратные бледно-лиловые строчки,
Безусловны, как карты, по жизни должны
Провести верные знаки и точки.

Но сегодня, сорвавшись с чужого пера,
Разметав сокровенные планы и сказки,
Нелюбима, черна, неровна и хитра,
Вдруг упала на лист безобразная клякса.

На минуту от боли зажмурив глаза,
Я решила, что рухнули Боги и стены...
Но однажды взглянув, оторваться нельзя
От законченной черной на голом и белом.

В ней неясность, неверность, обманчивость линий,
В ней беда, но она зазывает и манит...
И я знаю: стирать ее с надписи синей
Мои руки не смогут, а сердце не станет.

Я не буду, опять окуная перо,
Переписывать снова убитые строчки,
Ибо все, чем жила я - мертво  старо,
А жива только эта огромная точка.