Воля кремля

Вот и Грозный...
Наш транспорт над полем завис
Круг за кругом, всё ближе к земле.
Здесь, в Чечне начинается мой бенефис
За меня так решили в Кремле.

Нам до этой Чечни вроде дела и нет,
Что мы делаем здесь не пойму.
Мы тут гибнем, а там, за банкетом банкет.
Почему правды нет, почему?

Через несколько дней, кто-то столб подпилил
Нас послали найти и вкопать.
Командир ни о чём больше нас не просил
Чертыхаясь, он клял чью-то мать.

Автоматы за спину, лопаты в руках...
Я копал, будто клад здесь нашёл.
Вдруг, с дороги мужчина в защитных очках
Беззаботно смеясь, подошёл.

Без акцента спросил: Не могли бы помочь?
Подтолкнуть Жигули до скалы.
Помогли, подтолкнули, а там за скалой
В животы нам упёрлись стволы.

Мы за глупость свою оказались в плену
Мудрость жизни никто не познал.
И за это, себя по сей день я кляну
Вспоминая холодный подвал.

Мой напарник не плакал, он нервно дрожал
Всё не верил, что это не сон.
На рассвете, он тихо мне руку пожал
И солдатский вручил медальон.

Он на что-то решился, но мне не сказал,
Знать надежда ничтожна мала.
Только знаком куда-то наверх указал,
Где орава чеченов спала.

Обыскали его, только нож не нашли
В сапоге он пригрелся и ждал.
И однажды, когда на допрос мы пошли,
Друг взмахнул тесаком и сбежал.

Конвоир перед смертью нажал на курок,
ПОднял на нОги чёрную рать.
Понял я, не поможет товарищу Бог
Среди белого дня убежать.

Потащили его, суд был краток и строг
Ни к чему тут пустые слова.
Только видел я, дёрнулся пыльный сапог
И покатилась его голова.

И не будет конца этой глупой войне,
Сколько пленных с обеих сторон.
Сколько мёртвых, мурашки бегут по спине,
Сколько будет ещё похорон?

Я во славу России слагаю стихи,
А правителей проклял вовек.
Мы смываем здесь кровью чужие грехи,
Пополняя армаду калек.

Я вернулся из плена, был быстрый обмен
Двух чеченов меняли на двух...
Мой напарник когда-то был славный спортсмен,
А теперь, обезглавлен мой друг.

Вот он Грозный...
Наш транспорт над полем взлетел
Круг за кругом, всё дальше земля.
Верьте мне, с вами я воевать не хотел
То что здесь мы, то воля Кремля.

1996г.