Фонарь А. Блоку

Он умер «Львом» —
Я тем числом родился…
Он был Царем!
Я не был даже принцем…
Но «львом»…
Нет, не ищите аналогий —
мы «львы» по знаку астрологии.
И лишь загадка в том,
что много совпадений:
день, месяц…
Знаю, он был гений…
Но вот еще:
и в имени и в отчестве,
быть может не случайно,—
тождество!
И обещает мне оно в наследство
по завещанию его:
НОЧЬ, УЛИЦУ, ФОНАРЬ…
Едва ль — АПТЕКУ…
Но!
Поэт зажег фонарь не на потеху…
Пусть безымянна улица,
фонарь почти не светит,
и на дворе не ночь, а вечер…
А впрочем, что число и год
для вечности? — Стемнеет…
Едва горит фонарь — вот важно что,—
Фонарщик далеко…
И вечер «поздний», скажем так…
О, Август, Август — время львов рожденья!
Не собак…
Как привиденье,
худющая до смерти кошка,
оправдывая суеверье,
пересекает улицу, вписав себя в пейзаж —
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ — МИРАЖ…
Испуганный родитель
плюет через плечо — за спину,
как укротитель, входящий в клетку львов:
Спасите! Дайте аспирину! —
пожар в груди младенца-человека…
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ,..
АПТЕКА должна быть рядом с фонарем…
Поэт уверен в том не зря —
аптеки ставят к фонарям…
И с ним согласен архитектор:
там где фонарь —
там место для аптек…
В ночи фонарь — маяк спасительный:
вы жизнь кончаете — вот яд,
слабительное,
и понижающий температуру аспирин…
А мальчик что ж?
В горячую перину,
как в облако кошмаров, погружен,
рожденный львом,
и, может быть, поэтом…
Ужели должен быть сожжен?
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ,  и... ГАСТРОНОМ!
Проклятье!
Мир перевернулся кверху дном…
Быстрее за угол — опять:
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ, затоптанный ГАЗОН…
Но было, было же виденье —
в ночи ФОНАРЬ-СВЕТИТЕЛЬ…
Но улицы названья нет...
Иль в полутьме не  различить…
Где, где Спаситель —
провизор, маг и шеф аптек?
Он смотрит телевизор:
Молитесь, — в мире столько бед...
Не излечить…
Поэтам веры нет!
Дорогу в Рай не освещает
рифмующийся с ним фонарь…
Фонарщик — враль…
Но бьет двенадцать — время,
когда, Пегаса, вставив ногу в стремя,
терзая шпорою стальной,
как лев — оленя,
скачу по снежной мостовой бумаги…
И капает, конечно, кровь…
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ,..
рифмуется — ЛЮБОВЬ!
Все остальное — враки...
И свет её, стекло витрин пронизав,
как путеводная звезда,
нам освещает храм Провизора..:
среди лекарств от бед и слез
в белом венчике из роз
за конторкою — Христос!

И все же: троица Святая —
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ…
            Светает!