прижавшись чутким стетоскопом
Луна прослушивает грудь земли,
Где старческие лёгкие раскопок
Набиты пылью городов и лиц.
Где я, зарытый в стол по пояс,
Расту на словотворческих корнях,
Но Хронос и меня прополет,
Он, цветолюб, не жалует сорняк.
Не сохранится и страницы,
Придёт другое настоящее,
И тень вольётся в вековую зыбь.
Но из моей пустой глазницы
Зелёной струйкой брызнет ящерица,
Переводя меня на свой язык.
Свидетельство о публикации №103032400212