Часть четвертая

* * *
Давно уж солнце с городом простилось вдалеке,
Хрусталь с вином разбавленным застыл в твоей руке,
Глаза тоскою залиты, почти открыта грудь,
И дым табачный гаревый мешал тебе вздохнуть.

Стаканчики, тарелочки плясали на столе,
И ты грибочки вилочкой подкладывала мне,
А за окном на улице уже зажглись огни,
Во тьму с луной смеющейся манили нас они.

Но здесь друзья-товарищи устраивали пир,
Залить водою мертвою стараясь скучный мир,
И не было покоя им, все громче и сильней
Звучали песни горькие, как вопли дикарей.

Зачем сюда попали мы до утренней зори,
Тут нет веселья доброго, померкли фонари,
Устали слуги хмурые, в подсвечнике свеча
И та слезами вымылась сверкая и ворча.

Колода карт рассыпана на вытертом сукне,
И девки полупьяные подмигивали мне.
На сцене в фраке ношеном дурачился циркач,
А где-то за спиной его наигрывал скрипач.

К тебе мужские щупальца тянулись под вуаль,
И гладил я под курткою доверчивую сталь.
Забилось сердце бешено под грудью у тебя,
И нет ответа верного как здесь прижился я.

1995 – 1996


* * *
На окне Вашем белые шторы,
За окном непроглядная ночь,
И машины полночные скоры
Пробегая по улицам прочь.

Вот прошел торопливый прохожий,
Спящий город старается жить,
Этот вечер на прежний похожий,
Вам же не к кому больше спешить.

Позабыты осенние встречи,
И в саду поредел рыжий клен,
Снова зябнут красивые плечи,
И никто в них, увы, не влюблен.

Добрый муж укатил заграницу
Продавать скучным немцам меха,
А потом из Германии в Ниццу
Завернет, да пригубит греха.

Он конечно хороший и нежный,
И в расходах не очень стеснял,
Только взгляд его грустный, небрежный
Вам не дорог, и Вас не прельщал.

А красивый любовник бездушный
Уж в театре в объятиях дам,
Поцелуй раздавая воздушный
Веселится с красотками там.

На шкатулке открыта застежка –
Не оставил подлец даже грош,
Лишь за стул закатилась сережка,
Да на шее прабабкина брошь.

На иконах глаза неживые,
И таблетки построились в ряд,
Пузырьки целовались пустые,
В них когда-то покоился яд.

1995 – 1996


* * *
Ничего, что мы с тобою не вдвоем,
Знать разлука будет выпита до дна,
А вчера в холодном городе твоем
Детям встретилась красавица весна.

Плачут крыши и деревья невпопад,
Летний дождь омоет их еще не раз
Прежде чем придет осенний листопад,
А пока смеется солнце не для нас.

Разошлись мы, как трамвайные пути –
Я свернул, и ты ушла куда-то прочь,
Ах, любимая, за все меня прости,
Я опять хочу узнать с тобою ночь.

Глупый случай дарит жертву небесам,
Рвет на части недописанный мой план,
Только я корабль шальной построю сам,
Разве я своей судьбы не капитан.

Пусть не слушают матросов паруса,
И ведет на скалы острые штурвал,
Я и в бурю отыщу твои глаза
Где б не прятал их по свету карнавал.

Все случится, но конечно не теперь,
Вот и вечер долгожданный настает,
Ты не жди уже сегодня стука в дверь,
Может завтра нам с тобою повезет.

1996


* * *
Я не любым себя с тобой считал,
Ласкал всю ночь, и мне все было мало,
И день и жизнь отдать тебе мечтал,
– Так может каждый, – ты тогда сказала.

И я ушел, прикрыв неслышно дверь,
Ты не хотела милого, родного,
Ну так другого где-нибудь, поверь,
Еще ты встретишь каждого, любого.

Он громким стуком перебудит дом
Оповестив соседей о приходе
Греха не видя совершенно в том,
И поцелует, там, в дверном проходе.

Не разуваясь в комнату пройдет,
Пока готовишь выпить и закушать
Возьмет гитару, что-то напоет,
А ты присядешь рядышком послушать.

И загрустив зажжешь одну свечу,
К нему протянешь хрупкие ладони,
Чтоб он прижался с нежностью к плечу,
Но не за тем его примчали кони.

Его любовь как прежде на нуле,
Он больно сдавит бедра под халатом,
Тебя возьмет на кухонным столе
В кругу тарелок с рыбой и салатом.

А ты кричи, кусайся и вертись,
Зови на помощь, стонами залейся,
Проси пощады, мучайся, молись,
Почти без сил царапайся и бейся.

Ну а потом с слезами на щеках,
И по лицу размазывая краски,
Не пряча глаз, в разодранных чулках,
В углу присядешь не дождавшись ласки.

Он снова выпьет, кинет хмурый взгляд,
Закурит, скажет – Ты сама хотела,
Не раздеваясь, пьяный, наугад,
Свое в постель устало бросит тело.

И вот опять я все готов отдать,
Чтоб не сбылось пророчество лихое,
Но видит бог, как знать и как понять –
Быть может ты сама ждала такое.

1996 – 1998


* * *
Далеко, под горной кручей,
Прячась взора человека
Жизнью тайной и кипучей
Жили джунгли век от века.

Скрыл господь от карт несхожих
Край, какой один остался,
Что в миру у гладкокожих
Знойной Африкою звался.

Той чудесною страною,
Правил львиный род косматый,
И гиены стороною
Обходили край богатый.

Как-то в месяцы сухие,
Незадолго до заката,
Чуткий лес поймал глухие
Грома дальнего раскаты.

Слыша бурю притаились
Звери добрые и злые,
Пряча солнце опустились
Низко тучи грозовые.

Только с бабочкой нескладной
Желтый львенок заигрался,
И один в ночи прохладной
Он нечаянно остался.

Джунгли, прежде шаловливы,
Тишиной своей пугали,
И застыл малыш игривый –
Где-то недруги не спали.

Сыпал дождь, застыли цапли
На болоте без движенья,
Но кусты стрясая капли
Не скрывали шевеленья.

Крылья хлопали о скалы,
Грифы тощие смеялись,
И глумливые шакалы
К легкой жертве подбирались.

Страха детского не зная
На врагов малыш бросался,
Ливня шум перекрывая
Львиный рык в лесу раздался.

Джунгли молнией ветвистой
Прошивала божья спица,
Лапой сильною когтистой,
Отлупила львенка львица.

И с горючими слезами
Тычась в мамин хвост пушистый
Львенок смелыми глазами
Встретил взрослый мир тернистый.

1996


* * *
Я вспомнил милый образ твой
Под листопад осенних дней,
Когда по мокрой мостовой
Заслышал цокот я коней.

С лихим присвистом озорным
Хмельной извозчик подкатил,
С кнутом играючи своим
С поклоном он меня спросил:

– Что, барин, коли есть рубли
Садись, я знаю где теперь
Отвлечь кручину до зори.
Там будет весело, поверь.

Я согласился, пусть зальет
Цыган заздравная игра
Мою любовь, и боль уймет,
– Вези, родимый, в номера.

Кляня тоскливый вой собак
Во славу их бездомных душ
Искали мы во тьме кабак,
Но было скучно мне, к тому ж…

Берег возница лошадей,
И плыл бульвар в ночной тени,
– Ударь-ка резвых, лиходей, -
Прикрикнул я ему, – Гони!

Холодный ветер остудил
Мою головушку, и вот,
Нежданный миг тот наступил –
Я прибыл в логово господ.

Нагие барышни гостей
Встречали лаской и вином,
Где наливай, гуляй, да пей.
Лишь расплатись сполна потом.

Цвело довольство лживых лиц,
Там казнокрад и просто вор
Играли в карты на девиц,
И вышел я опять во двор.

– Увы, голубчик, все не так,
Прими последний золотой,
Не к сердцу мне сейчас кабак,
Свези старик меня домой.

1996 – 1998


* * *
Нет, не сейчас, вот может быть потом,
Когда простятся годы за спиною,
Я расскажу в письме тебе о том,
Как жил в любви непонятой тобою.

Искал украдкой свет мне милых глаз,
И опускал свои при нашей встрече,
И каждый был по своему из нас
Таким несчастным сдерживая речи.

Дарили радость ночью только сны,
И верю я, ты видела их тоже,
Когда порою, в тайне от луны
Ласкала хлад супружеского ложа.

И может слезы падали в постель,
Твой грустный вздох надламывался снова,
А за окном все вьюга, да метель,
Но рядом нет тепла с тобой родного.

А я считал листы календаря
На день иной откладывая сроки
Своих признаний, и конечно зря
Не передал давно уж эти строки.

Пускай пока не знаешь о любви,
Но женским сердцем чувствуя, проверь –
К тебе приду, лишь только позови,
А почему – мечтам своим не верь.

1996


* * *
Я не тот уже, как прежде,
Пообтерся, присмирел,
Изменил своей надежде,
Мягким сердцем почерствел.

Знал любовь и жил богато,
Дом имел и не один,
Да не радует ни злато,
Ни вино моих седин.

Окружают всюду слуги,
Ем и пью из серебра,
И слывет по всей округе
Скакунов моих игра.

Но веселья мне не нужно,
А забавы не милы,
Лишь бы бряцал цепь послушно
Старый пес у конуры.

Как и я угрюм он снова,
Уж не помнит сучий сын
Время милого, былого,
В час моих босых годин.

А бывало все иначе:
Водку пил, табак курил,
Но при карточной удаче
Богу свечи не дарил.

Не просил долги златые
У обманчивой судьбы,
Знал лишь песни удалые,
Да дорожные столбы.

А когда за ум я взялся,
До заката от зори
С потом труд мой завязался –
Слал по Волге корабли.

Барыши в походах смелых
Собирал средь смутных дней,
Но на них не девок спелых –
Добрых брал себе коней.

Покуражился на славу,
Наигрался без забот,
Стала жизнь сперва по нраву –
Туг карман, и сладок рот.

Но сейчас томясь грехами
Заскучал рассудок мой:
Раньше беден был деньгами,
Нищим стал теперь душой.

1996


* * *
К чему еще с приходом мая
В разгаре самых лучших дней
Мне суждено глядеть вздыхая
На блеск мерцающих огней?

Не спит за окнами столица,
Лишь только руки протяни,
И встретишь разные там лица,
Быть может счастливы они.

А я один в пустой квартире,
Здесь, на бумаге твой портрет
Скрывал от всех в вечернем мире
Былую радость, грусть и свет.

Пускай художник торопливый
Не точен был в своей мазне,
Но образ нежный, шаловливый
На век он твой оставил мне.

Ты тот рисунок подарила
Прощаясь, в нем не видя прок,
И от чего-то сохранила
К себе любовь, а я листок.

Как ни сильна моя утрата
Я зла к тебе не затаю,
Ведь ты совсем не виновата,
Что я тебя еще люблю.

1996 – 2003


* * *
Апрельской Пасхе вышел срок,
В субботу вечером друзья
Пошли с хмельных сбиваясь ног
На крестный ход, и с ними я.

Старухи ранние в платках
На грудь ложили сто крестов,
И дети смирно на руках
Поверх смотрели их голов.

Яиц веселый хоровод
Святил водой речною поп,
И рядом с ним пестрел народ
В молитве там морщиня лоб.

Надломлен край у кулича,
В стаканы льется самогон
Струей сиреневой ворча,
И будто водки слаще он.

Но не дождал я свой черед
Испить кагора в той ночи,
И вместе с бабками вперед
Прошел купить я три свечи.

Одну зажгу своей стране,
Где в грусти не был счастлив я,
Чтоб не вернулась в скором дне
К ней тень былого октября.

И чтоб не пялил глаз во снах
Наш новый друг на каравай
Из-за границы, да в верхах,
Я ждать хочу не труд, а май.

Свеча вторая для семьи,
Где я рожден не став другим
В лета незрелые свои,
За все теперь спасибо им.

А третью я поставлю той,
Чей светлый взор я так любил,
Которой нет уже со мной,
И ей не я сегодня мил.

Так пусть свеча когда-то вновь,
Не важно, что через года,
Напомнит ей мою любовь,
Я вспомнюсь может быть тогда.

Ну вот и нет волшебных свеч,
И мне осталась лишь весна,
Она подарит радость встреч,
И с ней судьба моя ясна.

Что в образа еще глазеть,
Мне без любви уже не жить,
Пойду чудачить, песни петь,
И до зори с попами пить.

1996


* * *
Остыла осень, выпал снег,
Опять гуляешь с кем-то ты,
Забыт, пожалуй, я на век,
Лишь живы давние мечты.

И что-то тянет в поздний час
Во тьму из дома моего,
Где было все с тобой у нас,
Не вспомнить мне теперь всего.

Как прежде слышен тихий звон
Колоколов, и старый сад
Застыл в сугробах, знает он,
Что было за сто лет назад.

Когда под вечер у крыльца,
На тройке резвой, удалой,
Невесту, да из-под венца
Украл повеса молодой.

И обронила пряча стыд
Колечко женская рука,
И свежий снег из-под копыт
В лицо ударил жениха.

Упал держась за сердце князь
Любивший дочь безумно так,
А по пятам в дагон неслась
За тройкой свора злых собак.

И гнал возница лошадей,
А юный дерзкий тот корнет
Обнялся с девицей своей,
Скрывая слез счастливых след.

Но чья-то внучка, чей-то внук
Не повторят уже того,
Я для тебя ненужный друг
Былого детства твоего.

1996 – 1998


* * *
Тебя я видел много раз…

1996


* * *
Признанье в ласковых словах,
Совсем готовил я другой,
В ее хотел тонуть устах
Теряя силы и покой.

Но не сказал слова любви
Ни ей, ни тем, что погодя
Со мной играли до зори,
И ненавидели любя.

За то, что сердце не отдал,
И слово чудное "Люблю"
В ночи прохладной не шептал,
Не забывал печаль свою.

Не был как прежде одинок,
Не начинал со лжи роман,
Не обещал всего, что мог,
А отправлялся в ресторан.

Где у бессовестных колен
Мог заплатить слезой судьбе,
И прежним барышням взамен
Теперь скучать уж о тебе.

И ждать, когда под стон гитар
Меня обнимешь без стыда,
Но слов моих заветный дар
Там не узнаешь никогда.

1996


* * *
Тишины я хочу, тишины,
И покоя на долгую осень,
Чтобы видеть счастливые сны,
И за окнами шум слышать сосен.

Собирать из под клена листву,
И под дождь подставляя ладони
Улыбаясь смотреть, как траву
Теребят деревенские кони.

Да пойти на заброшенный пруд,
Где крылом в камышовые дудки
Разжиревшие лебеди бьют,
И к полету готовятся утки.

А когда отдохну, надышусь,
Мимо тихой, задумчивой речки
Я к прозябшему дому вернусь,
И тебя встречу там на крылечке.

Чтобы ты под неспелой луной,
На скамье за нависшею сливой
До утра была только со мной
Ненаглядной и самой счастливой.

А зимой, когда выпавший снег
Запорошит тропу у порога,
Я с тобой обвенчаюсь на век,
И нас скроет лесная дорога.

1996


* * *
Кто-то сейчас радостен и светел,
Потому что в парке под луной,
Где-то у фонтана снова встретил
Сон уже давно забытый свой.

И пускай народ идет глазеет,
До утра пусть светят фонари,
Кто-то, как обычно не успеет
Всласть нацеловаться до зори.

Под ногами их земля качнется,
Но совсем не важно молодым,
Чем свиданье кончится, начнется,
И в какую цену станет им.

Чьи-то пальцы ловко, как букашки
Заползают нежно, не спеша,
Поднимают кофточки, рубашки,
И горит, трепещется душа.

Что там будет под парчой и хлопком,
Кто-то гладит груди в первый раз,
И в желаньи бережном и робком
Язычком ласкает в поздний час.

Только я один глотаю слезы,
Этот парк не ждет уже меня,
И обняв подругу у березы
Счастлив теперь кто-то, а не я.

1996


* * *
А ты все так же хороша,
И вот навстречу мне идешь,
Зачем болит моя душа,
Ведь ты меня не узнаешь.

И не коснувшись чуть плеча
С улыбкой каменной скользишь,
И как полночная свеча
Исчезнешь, будто догоришь.

Шагов далеких тихий звук
Растает скоро в стороне,
А я смотрю и жду, что вдруг
Ты нежный взгляд подаришь мне.

Но снова я, как в прошлый раз
Не смог своей тебя назвать,
Как жаль, что эта ночь для нас
Не станет звездами сиять.

И ты уйдешь теперь одна,
Опять без друга своего,
И может даже до темна
Уже не встретишь никого.

Никто не будет целовать
Во тьме кромешной грудь твою,
И счастлив я об этом знать,
И может все еще люблю.

1996 – 1998


* * *
Перед бурей ты придешь ко мне опять,
Нечего, что скоро вечер настает,
В эту ночь тебе одной уже не спать,
Пусть гроза сверкает, гром пускай ревет.

Жаль не видно, как под небом облака
Лес накрыли и на сосны прилегли,
Ходят под руки и мнут себе бока,
Не достав совсем немного до земли.

И качается березка за окном,
Это ветер ее валит и кружит,
Каждый год ей напевая об одном,
И от дуба молодого сторожит.

Дождь по крыше отобьет глухую дробь,
А чтоб из дому не вышла ты назад,
Он размажет по дорогам грязь и топь,
На пороге тебя встретит звонкий град.

Заберутся в страхе куры на насест,
Молний свет не раз осветит образа,
Ты на грудь себе наложишь святый крест,
Я несмело загляну в твои глаза.

Чтоб увидеть в них и ласку и любовь,
Прежде чем рассвет пробьется из-за туч,
И на смену непогоде утром вновь
Солнце встанет и опустит первый луч.

1996 – 1998


* * *
Посиди, помолчи, улыбнись,
Без испуга в глаза загляни,
За цветком полевым наклонись,
Васильками укрась наши дни.

Сколь осталось нам радостных лет
По ромашке лесной не гадай,
Собери на лужайке букет,
Сбереги, как надежду, как май.

Пусть он высохнет, пусть облетит,
Да не плачь, коли станет не в мочь,
Скоро вечер наш край посетит,
И вплывет величавая ночь.

Я согрею тебя, уведу
От друзей озорных и подруг,
Тихий луг за рекою найду,
Там тебя поцелую я вдруг.

И под кленом узнает зоря,
Как могу я ласкать и любить,
Милых слов от тебя не тая,
И часами о том говорить.

А пока разноцветный букет
Я собрать тебе сам помогу,
Чтобы вспомнить счастливый рассвет
Через годы на этом лугу.

1996


* * *
В июнь, в твои шестнадцать лет
Я занесу к тебе с утра
С любовью выбранный букет,
Что может жил еще вчера.

Склонив колено здесь на миг
Я положу к твоей двери
Букет из плачущих гвоздик,
Ты слезы с них мои сотри.

И губы нежностью дыша
Прощаясь лягут на венец,
Завянет с ним моя душа,
Любовь, надежда наконец.

Я не услышу звонкий смех,
Когда воткнутые в пирог
Задуешь свечи ты при всех,
Разделит нас с тобой порог.

С вином не дрогнет твой бокал,
И я покину тот этаж,
Где я судьбу свою искал,
А ты мне руки не подашь.

А через час твой новый друг
Ногой откинет те цветы,
И пав в объятья грубых рук
О них не вспомнишь может ты.

1996 – 1998


* * *
С вокзала шумного на юг
Спешат толкаясь поезда,
И лица ветреных подруг
С собой уносят без следа.

Средь перелесков, по лугам
Бегут вагоны в череде
По среднерусским городам
В цветущий Крым, к морской воде.

И где-то там под стук колес
Прижавшись скромно у окна
Уже в плену восточных грез
Мечтает девушка одна.

О золотистых берегах
Близ кипарисовых алей,
Где на обманчивых руках
Узнает счастье юных дней.

Растает там ее любовь,
А с ней и старые друзья,
Найду и я кого-то вновь,
Но буду грустен с кем-то я.

А в час приезда у дверей
Она увидит невзначай
Цветы подаренные ей
С запиской краткою – Прощай!

1996


* * *
Далеки души моей печали,
Уж не жаль тех дней которым год,
Без улыбки Вы меня встречали,
Провожали тоже без забот.

Не искали губ во мраке ночи,
В редкий час пускали на порог,
И стояли молча пряча очи,
Чтобы я страдал у Ваших ног.

Ждал напрасно горечь поцелуя,
До утра не в силах был заснуть,
С болью жил, по нежности тоскуя,
И мечтал увидеть Вашу грудь.

Покупал цветы, дарил конфеты,
В дорогой кабак водил не раз,
Доверял все тайны и секреты,
Но не что не радовало Вас.

А в прекрасный вечер под луною
Вы сказали – Вместе нам не быть!,
И прикрыв глаза своей рукою
Я решил, что так тому и быть.

Но подчас, когда к чужому дому
Подхожу и вижу Вашу дверь,
То грущу по времени былому,
Ну а Вы с другим уже теперь.

1996 – 2001


* * *
Серебрилась лунная дорога,
Шевелились травы у ворот,
И девица плача у порога
Провожала птичий хоровод.

Покидали лебеди озера,
Улетали утки до весны,
Только ей не вынести позора,
Не видать обманчивые сны.

Прокляла на веки мать родная,
Не сберег, прогнал ее отец,
Не нужна для них она такая,
И никто не примет под венец.

По домам попрятались подруги,
Коротая вместе вечера
Разносили сплетни по округе,
Все о той, с кем ладили вчера.

Не начать ей мирной жизни снова,
И в далекий город выбран путь,
Где не ждать обидного уж слова,
Лишь былого счастья не вернуть.

А пока, стыдясь и пряча очи,
И спускаясь с ветхого крыльца,
Не забыть ей краденые ночи,
И любовь соседа подлеца.

1996 – 1999


* * *
Мы зажжем в гостиной свечи,
Нам не нужно много света,
Потому что в этот вечер
Мы проводим наше лето.

Уж отпели птицы хором,
И обратно понемногу
В страны теплые над бором
Собираются в дорогу.

И пускай златится поле,
И рыжеет клен соседский,
Но уж завтра в старой школе
Снова смех раздастся детский.

Осень точно к маскараду
Листья желтые подбросит,
Парк раскрасит нам в награду,
Зиму строгую попросит,

Чтоб укрыла та равнины
Мягким снегом от мороза,
Примет темный лес седины,
Загрустит в саду береза.

Но придет весна цветная,
Не скучай, вернется сказка,
А пока у нас, родная,
Есть любовь и будет ласка.

1996


* * *
В тот вечер я созвал гостей,..

1996


* * *
Что мне искать в твоем краю,
Где я чужой, где я один,
Там не найти любовь твою
Среди лесов, среди равнин.

Там вечно светит солнца круг,
И ты меня уже не ждешь,
Ведь где-то есть нескучный друг,
С которым ты давно живешь.

Не там ли я когда-то знал
Счастливый смех из милых уст,
И глаз влюбленных не спускал
Ведя красавицу за куст.

А нынче, кто-то уж другой
Под тем кустом с тобою мил,
Даря несдержанной рукой
Свою любовь, как я любил.

И это он теперь хранит
Ладонь на юном неглиже,
И вечерами говорит
Все то, что я сказал уже.

А здесь опять идут дожди,
И плачет небо за окном,
Но ты ко мне не приходи,
Не мучь словами о былом.

1996 – 2003


* * *
Опять с подругами друзья…

1996 – 1998


* * *
Сентябрь холодный пролетит,
Пройдет пора моих невзгод,
В саду рябина догорит,
Растает птичий хоровод.

Но встретив солнце на зоре
Былое счастье вспомним мы,
Проснется лето в октябре
С теплом коротким до зимы.

И мы пойдем с тобой туда,
Где парк алеющий стоит,
Не зная страха и стыда
Он нашу тайну сохранит.

Где я скучал еще вчера
Скамейка нас сегодня ждет,
А озорная детвора
Листву осеннюю скребет.

Там я смогу тебя просить,
Назвав любимой и родной,
Меня за прошлое простить,
И долгий путь украсить мой.

А посторонний чей-то смех
Не потревожит в этот час,
Я полюбил с тобою всех,
Пусть любят все с тобою нас.

1996


* * *
Моим глазам не стоило смотреть,
Как ты с другим танцуешь и смеешься,
Свою любовь уж поздно мне жалеть,
Ко мне, увы, ты больше не вернешься.

Ну я то ладно, бог тебя простит,
За что родного, любящего друга,
Который ждет, надеется, грустит,
Ты обманула, ветреная сука.

Тебе б его лелеять и любить,
А ты сюда явилась при параде
Свести с ума кого-то, удивить,
Да перепачкать губы в шоколаде.

Зачем сидишь ты здесь в вечерний час,
К кому свои протягиваешь руки,
Ты им нужна не более чем раз,
Не до зори, а так, от горькой скуки.

Тут всюду ложь, любви в помине нет,
Не поцелуи пьяные в подъезде,
Тебя возьмут, сорвут, как первоцвет,
И как окурок бросят при отъезде.

Но ты спеши, ведь молодость пройдет,
Уже зовет глумливая округа,
Тебя в постели кто-нибудь найдет,
Вот только жаль потерянного друга.

1996


* * *
Ветер вольный, я скучаю без тебя,
Расскажи мне про счастливые края,
Где ребята пьют и брагу и вино,
С ними вечность, здесь их нет уже давно.

Было время, берегли они девчат,
И любили, а теперь они молчат,
Потускнели на крестах их имена,
И другие поят девок до пьяна.

Но сегодня, в этот вечер без дождя
Мы их вспомним, соберутся вновь друзья,
И подруги с нами рядом за столом
Погорюют о прекрасном, о былом.

Пусть не сладко им лежать в сырой земле,
Ночью ворон занесет им на крыле
Наши песни и застольные слова,
Наша память невеселая жива.

Не достанут их заклятые волки,
Не повиснут на дверях у них замки,
Будет солнце их и радовать и греть,
Вместе с нами станут песни они петь.

Так давайте выпьем стоя и до дна,
В этом мире участь каждого одна,
И кончина не забудет нас с тобой,
А пока душа гуляй, гитара пой.

1996


* * *
Ты смеешься и мне дорог каждый звук,
Это значит, что не в тягость тебе друг,
Что сегодня не уйдешь одна домой,
И до ночи не расстанешься со мной.

И быть может согласишься выпить чай,
И тебя я поцелую невзначай,
А когда ты соберешься уходить,
То позволишь и обнять и проводить.

И дорога нам не будет коротка,
Обойдем вокруг родного городка,
Где я встретил и надежду и любовь,
Здесь и ты со мной счастливой стала вновь.

Посмотри на эти звезды в поздний час,
Мы под ними проходили столько раз,
Почему они скрывали от меня
Твои губы и глаза на склоне дня.

А теперь они над соснами встают,
И проститься под луною не дают,
Они знают – до утра мне не уснуть,
Если руки не ласкали твою грудь.

Но не гаснет в твоих окнах яркий свет,
Мать не ляжет пока дочки дома нет,
Видно мама позабыла те года,
Когда милый приводил ее сюда.

1996


* * *
Осень плачет и нескоро до весны,
Дни короче все, тревожат только сны,
Сердце стонет, а душа болит давно,
Завтра вьюга заметет мое окно.

Серым утром соберемся за столом,
Карты бросим расписные вчетвером,
Не на деньги, их и не было, и нет,
Мы сыграем как обычно без монет.

Мне расскажут день вчерашний пацаны,
Кто какие прошлой ночью видел сны,
С ними весело и грустно как всегда –
Перемены не спешат еще сюда.

А потом ребята выйдут за порог,
Подошел иным забавам видно срок,
Разойдутся по подругам, по домам,
И тогда я напишу конечно Вам.

Чтоб в заботах не забыли в том краю
Про любовь неутешимую мою,
Да про наш для Вас далекий нынче клен
Тот, что снегом скоро будет убелен.

А когда до слога выверю весь текст
То отправлю Вам письмо из отчих мест
С сизым голубем в заоблачную даль
Доверяя и надежду и печаль.

1996 – 2000


* * *
Ты сегодня предала мою мечту,
Просто так, сама не зная почему,
Не пришла ко мне на встречу в поздний час,
Будто счастья раньше не было у нас.

А сейчас спешишь увидеться с другим,
Потому что дорожишь как видно им,
Только он в тебя родная не влюблен,
Не грустит и не страдает ночью он.

С ним приятно выпить сладкое вино,
Пошлым фразам знает цену он давно,
Обучился где в словах припрятать лесть,
И монеты у него в карманах есть.

Может он и накормить и приодеть,
Но ему твоей души не обогреть,
Он свою то заложил в чужом краю,
Подожди, продаст когда-то и твою.

А пока с тобою нежен он и мил,
И клянется, что навеки полюбил,
Он смеется вечерами надо мной,
Ну а мне все реже снится образ твой.

Не надейся, память я не берегу,
Хоть портрет порой рисую на снегу,
Он растает в день когда придет весна,
Я один, а ты не знаешь, что одна.

1996 – 1998


* * *
Жизнь еще раз доказала кто я в ней,..

1996 – 1999


* * *
В октябре земля остыла, не присесть,
Лес притих, и летних дней ему не жаль,
Только грусть по птичьим песням еще есть,
Да по солнцу ненаглядному печаль.

Под ногами листья желтые горят,
Зиму встретят и оттают лишь весной,
То вокруг березы сбросили наряд,
И качаясь они стонут надо мной.

Будто что-то собираясь рассказать
Они тянут на поляну в глубину,
Им от ветра обо всем легко узнать,
Ну а мне лесные тайны не к чему.

Может здесь они встречали, и не раз,
Ту, с которой я расстался навсегда,
Не сложилось счастье сладкое у нас,
И случайно я забрел теперь сюда.

До сих пор наверно помнит каждый куст,
Как другие обнимали тут ее,
И встречали на зоре из милых уст,
С поцелуем слово жаркое – Еще!

И не важно сколько лиц с ней видел лес,
Это ей уже придется вспоминать –
Кто любил ее, а кто не глядя лез,
Я сегодня не хочу об этом знать.

1996


* * *
Я укрылся не за тридевять земель,
А в деревне поселился до весны,
Чтобы голову очистил горький хмель,
И тоскливые в душе остыли сны.

Здесь не скучно и гармошки всюду есть,
Бабы спляшут не жалея старый пол,
Им приятно в уголке со мною сесть,
А соседка завсегда накроет стол.

Соберутся в ее доме мужики,
Порасскажут небылицы о былом,
Самогон развяжет быстро языки,
Подерется кто-то в горнице потом.

Ну а в целом тут хорошие друзья,
С ними весело дурачиться и пить,
Удивляюсь, как ушла печаль моя,
А когда-то мог страдать, и мог любить.

Только вот не спиться сердцу моему,
Все скучает в одиночестве оно,
Не дождется стука в дверь, а потому
На дорогу часто я смотрю в окно.

Может вспомнит ненаглядная меня,
И подвыпив я люблю мечтать о том,
Вон уж скачет колокольцами звеня
Чья-то тройка, и опять в соседский дом.

1996 – 1998


* * *
Что случилось, я хотел бы это знать,
Нет покоя по ночам душе моей,
Разучился я под утро крепко спать,
Все вздыхаю и скучаю я по ней.

Уж не ждал, что так получится со мной,
Многих в жизни я терял, и потому
Был не весел, но расставшись знал покой,
А на этот раз, как в омуте тону.

Ведь она меня не ждет и не грустит
Забывая образ мой день ото дня,
И в разлуке ее сердце не болит,
Ей давно уже нет дела до меня.

Ну а я ее все вижу по ночам,
Там ласкаю, обнимаю я ее,
Нежный взгляд порой дарю ее очам,
Принимаю поцелуи горячо.

Я сейчас живу ночами будто днем,
И она ко мне приходит в каждом сне,
И как раньше с ней мы счастливы вдвоем,
Не при солнце, так при звездах и луне.

И любить ее по-прежнему я рад,
И не важно, что она давно с другим,
Не рассвета жду теперь я, а закат,
Жаль, что день она проводит только с ним.

1996 – 2001


* * *
Я лежу у открытой могилы
Ожидая назначенный час,
Собирая последние силы,
Чтобы вспомнить Россию и Вас.

Эти милые русские дали
Подарили и жизнь и печаль,
И любовь негасимую дали,
Расставаться со всем этим жаль.

Уж счастливым я больше не буду,
Скоро встретит неведомый край,
Я наверно и там не забуду
Свой родимый березовый рай.

Ах, как стану я тьму ненавидеть,
Там мне солнце не сможет светить,
Да и Вас никогда не увидеть,
А других уже не полюбить.

И сейчас так тоскливо и больно,
Что так мало прожил и успел,
Мне бы свиснуть сердито и вольно,
Я бы песню веселую спел.

Но уж сердце не бьется и стынет,
И погасло дыханье мое,
И земля благодатная примет
Неразумное чадо свое.

1996


* * *
Интересно, еще помнит ли меня
Та, с которой я провел всего лишь ночь,
Я все дальше от нее день ото дня,
Только мысли не уходят мои прочь.

Может ждет она, и ищет адрес мой,
Понапрасну беспокоя всех друзей,
Ей никто уже не скажет что со мной,
Я с другой и не вернусь наверно к ней.

Все прошло, а ей давно пора понять,
Так бывает, когда выпито вино,
Нужно что-то в своей жизни поменять,
Вот и я пришел к ней ночью под окно.

Постучал, назвал любимой и родной,
Да позвал на тихий берег у пруда,
Где ласкал ее несдержанной рукой,
А на утро распрощался навсегда.

Замечает теперь девушка моя,
Что скучает мое сердце и грустит,
Она просит ей признаться не тая –
Если было что, забудет и простит.

Я ей верю, но печалиться не дам,
Дорога мне ее радость и любовь,
Моя тайна навсегда осталась там,
Где я встречу чьи-то губы скоро вновь.

1996 – 1999


* * *
Сытый пес прилег под лавку и уснул,
И во сне косматой мордой шевеля
Вспоминал, как утку с селезнем вспугнул,
Как исчезла из-под лап у них земля.

А хозяин был готов и вскинул ствол,
И два раза не спеша нажал курок,
Птица пала в камыши, пора за стол,
Будет суп готов, лишь дайте делу срок.

А потом настало время, был обед,
Гости ели, удивлялся только пес,
Почему на этой твари мяса нет,
Когда кто-то сунул кость ему под нос.

Да стащила эту милость без стыда
Чья-то сучка, и он кинулся за ней,
Ах, резва она была, но молода,
Ну а он ее умнее и сильней.

По кустам они летели, меж берез,
А кругом уже давно чирикал лес,
И воровка испугалась вдруг до слез,
А кобель, как будто ждал того и влез.

Он старался, а ее съедала дрожь,
Да не сбросишь, страшен был его оскал:
- Вот терпи и впредь чужого уж не трож,
И зевнув ушел, и кость свою забрал.

1996


* * *
Я не знаю, как отдать свою любовь,..

1996


* * *
Может бог за то меня простит,
Что как в ясном небе злую тучку,
Повстречал недавно на пути
Молодую, влюбчивую сучку.

У которой не было забот,
Когда вскользь окидывая взглядом
Подставляла в губы сладкий рот
Поводя призывно гладким задом.

А глаза не знали, что творят,
На друзей была она везучей,
Ох она трепала всех подряд,
А они пристраивались кучей.

И ползли на брюхе в ее дом,
Чтоб содрать побольше с нее стружек,
А она не думала о том,
Что ворует ласку у подружек.

На роду наверно суждено
Находить забаву в том от скуки,
Было ей, как видно, все равно
О кого обламывать тут руки.

И любви дешевой не тая,
Разведя в постели свои ноги
Добралась сегодня до меня,
Позабыв о матери и боге.

1996 – 1998


* * *
Ты не спросишь, ну а я не расскажу,
Как под вечер я в окно твое гляжу,
Что напротив, на девятом этаже,
Где с другими ты встречаешься уже.

Там бокалы наполняются вином,
Чьи-то руки атакуют под столом,
И за это получают жаркий взгляд,
Те кто пьяны, и душой навеки спят.

Им зачтется это сладкое вино,
Что вскружило твою голову давно,
И улыбки, и лукавые слова,
Это значит – красота твоя жива.

Как легко вам целоваться во хмели,
Вот как суку забавляют кобели,
Не осудят их влюбленные глаза,
Только тихо набежит моя слеза.

Но не вспомнят в этом доме нежных рук,
Ведь колени уж присвоил новый друг,
И сценарий им разучен наперед –
Он без спроса и обнимет и возьмет.

Будут снова подносить тебе цветы,
И не важно, что сердца у них пусты,
Не узнаешь ты печали за окном
Ожидая чьи-то руки под столом.

1996 – 1998


* * *
Ты хороша, года тебя не старят,..

1996 – 1997


* * *
Погасли свечи и закат,
А с ним недавние мечты,
Мне нет пути уже назад,
В моих руках горячих ты.

Ведь я давно тебя хотел
Вот так согреть и приласкать,
И на тебя одну смотрел,
Могла ли ты об этом знать?

Могла, и знала может быть,
И оттого сегодня, здесь
Я смог тебя губами пить,
И наконец глазами есть.

Но в миг, когда твои персты
Спускались вниз – мой пыл угас,
И я просил из темноты –
Не в этот вечер, не сейчас.

В моей душе лишь стыд и страх,
Я болен им, тебе ж смешно,
И нет любви в твоих глазах,
Лишь только скука и вино.

За дверью кинешь мне – привет,
С тобою, миленький, уснешь,
И за тобой растает след,
И ты обратно не придешь.

1996


* * *
Что же ты не звонишь, не заходишь,
Ведь в соседнем доме ты живешь,
Для меня ты время не находишь,
И других за угол не ведешь.

Может ты не хочешь нашей встречи,
И не ждешь, чтоб я поцеловал,
Я б обнял руками твои плечи,
И колени нежно бы ласкал.

Да не я один сейчас в печали,
Слышал я, как ночью под окном
Тебе песни пьяные кричали
И свистели с руганью потом.

Только ты дверей не открывая
Смотришь вниз на радугу огней,
Как же ты, красивая такая,
Прячешь смех и радость от людей.

Раз не я найду в тебе отраду,
Не смогу припасть к твоим ногам,
Пусть другим готовит бог награду,
Так иди, спеши скорее к нам.

А когда найдешь кого-то снова,
То и я наверно улыбнусь,
Да напьюсь до одури, до звона,
Лишь любить пожалуй зарекусь.

1996 – 1997