Доктор Живаго

По всей земле мело из года в год,
Снег белый, кристаллическая влага,
Я вижу - вот по улице идёт,
Как в старину, всегда живой Живаго.

Пестрел Юрятин рано по весне,
Рвалась река, вскипающая Рыньва,
И Юрий вновь на берегу стоял,
Бросая взор с высокого обрыва...

А город жил, не зная, чем и как,
Неспешной жизнью старого Урала,
И, видимо, пучками пастернак
Старушка на базаре продавала...

Цвела весна, свистели соловьи,
Всё повторялось снова, как и в стари,
А доктор всё писал стихи свои,
И посвящал их, несомненно, Ларе...

Что был Юрятин? Имя не найти
На самой точной, современной карте,
Увы, не отыскать того пути,
На Рыньве, где гулял Живаго в марте.

Что было Рыньвой? Сылва? Иль Ирень?
Искусствоведы снова вязнут в споре,
И набегает облаками тень
Страданий, суеты, разрухи, горя...

Но всё уйдёт, и не наступит вновь,
И память нам останется навеки,
Как розой роковой цвела любовь
В прямом, живущем вечно человеке.

Любовь есть жизнь, и тем он был велик,
Иначе грош - цена всему живому,
И снова он приходит в мир из книг,
Подобно очищающему грому.