Полет в этрурию. теодрама

                Действие  I

           Происшествия в настоящем

                С Ц Е Н А  I

              Кабачок " Этрурия"

( За столиком, в углу кабачка, сидит Несчастливец,
  пьет вино. В зале немало посетителей, официан-
  ты снуют между ними. Несчастливец рассуждает
  сам с собой.)

            Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Кому даны столь редкостные блага:
Долг, простота и, непременно, честь,
Не истребятся в том ни воля, ни отвага.
Но я таков, каков я есть!
Из качеств древнего народа
Мне ближе всех одно - свобода!

Долг, но какой? Хотя немало
Должков и так как-будто у меня.
А простота?  Ее совсем не стало,
Мир покрывает хитрости броня,
Понятье чести ныне эфемерно.

Отвага, героизм - ну с этим вовсе скверно.
Не умирают только мудрость и любовь -
Они во мне живут с рожденья.
Эй, мудрость, трон любви готовь,
Она достойна высочайшего почтенья,
Она царит над всем в любую эру.
Erqo bibamus! За владычицу Венеру!

( Несчастливец выпивает чарку вина, делает
  жест официанту, тот подает еще вина.)


Меж люлькой первой и люлькой последней
Жизнь человека в скорбях  и мечтах.
Дело любви - ты всего беззаветней,
Слово любви - ты всегда на устах!

Ибо имеющий сердце гордиться
Должен способностью сердца влюбиться.
Так с белой колыбелью черный гроб
Соседствует от сотворенья мира.

Мы - слуги царственных особ:
Воды, земли, огня, эфира -
От вешних лет до снежной седины
Хотя бы раз бываем влюблены.

Люблю Весталку!  Так я иронично
За чистоту ее и набожность зову.
Она поет так нежно, мелодично,
Что я порою просто грежу наяву.
Как горлица невинна и робка,
Как лань с неслышной поступью легка.

Ее я представляю в окружении -
Сатиров, фавнов, силенов и нимф.
Она танцует - страстное круженье,
О нет, не так я чуточку ревнив,
Она поет - какое притяженье
К ней побуждает сладостный мотив!

Не хочет больше петь, бросает лиру.
Лесные жители подносят деве мед,
И звери ластятся к чудесному кумиру,
Она вкушает и не ведает невзгод,
Потом плескается на озере одна,
Но красота ее мне одному видна.

Нет выше, совершенней и прекрасней
Любовной силы, но она - недуг
Всех злей, безумственней, опасней,
Когда сразит вас, то тогда, мой друг,
Познать придется радость и коварство.
Любовь болезнь, но также и лекарство.

Хворь эта вечная, но в ней же исцеленье,
Я страсти эликсир испить готов -
В начале сладость, а потом мученье.

Ведь приговор любви, увы, суров:
"Кого я в храм свой принимаю
У тех в миг разум отнимаю."

Беда со мной случилась, знаю,
Я в сеть волшебных чар попал,
Я ныне раб, но не страдаю
Как раб, кто волю потерял.
Я узник самой страшной муки,
Цепь страсти украшает эти руки.

( Смотрит на свои руки, хватается за голову,
  затем жестом вновь подзывает официанта.)

Вина, дружище, дайте мне вина!

( Ему приносят сосуд с вином. Несчастливец
  выпивает, рассуждает дальше.)

Хоть голова моя немножечко хмельна,
Впервые чувствую себя так странно.
Свободу любящий является рабом?
Горжусь  неволею, что ныне так желанна.
Гордиться, как верблюд своим горбом.

Весталка, я архонт твоих желаний,
Неясно вот что: любишь ли меня?
Ты в роскоши пурпурных одеяний
Иль в сирой хижине у бедного огня?
Мне жизни бренной для тебя не жалко,
Но с нищим худо ведь, о милая Весталка.

А я порой бываю скуден до того,
Что и мышей попотчевать не в силах.
Глупец богат, и может быть, его
Ты выберешь? Ох, кровь вскипает в жилах!
Виновен в том, что в нищую лачугу
Ввести я не могу нежнейшую подругу.

О горькая халупа! Но ведь я
Духовно щедр, богатство - ум имею.
Иного, правда, требует семья,
Но, может, все ж я в жизни преуспею
И в дом достойный милую введу,
И позабуду в этот час нужду?


Я заболтался, как исполнить ныне
Мне, нищему, желания твои?
Я жрец без жертвы, но моей богине
Нужны ли сердце и душа мои?
Любовь всегда нуждается в заботе,
Чтоб крылья распустить она могла в полете.

Так что корми ее, лелей, расти и тешь.
Жаль, от забот таких  лишь седина и плешь
И слабость мускулов, и утомленье духа,
И вялость речи, и тоска в груди.
Любовь ушла - беззубая старуха,
Потомство взрослое оставив  позади.
Влюбленный рыцарь, ты взираешь на седины -
Ведь с дамой сердца вы отныне не едины.

Любовь - твоя инсинуация, Венера,
Ты суть - Богиня Смерти, ибо так
Зла ты, как зараженная гетера,
Какая сеет всюду сифилис и мрак.
Ты даришь миру оргии и песни,
Бесстыдный хмель и гнусные болезни!

Я пошутил, богиня, волю дав
Коням ума, разнузданным и диким.
Любовь - религия, я не имею прав
Еретиком быть, даже пусть великим.
Хуля заветы храма твоего -
Себя я оскверняю самого.

Весталка станет все же мне женою,
Мы будем жить с ней в крошечном скиту.
Вновь наслаждаться сможем тишиною,
Смотря на зелень в маленьком саду.
Устал  жить в одиночестве и мраке,
Земное счастье - в светлом браке.

И если б впрямь была ты жрицей Весты
И девственный обет дала бы ей.
Олимп бы вдребезги разнес из-за невесты,
Супруги ради избранной моей.
Юпитер бы затрепетал пред мною
И Веста назвала б нас мужем и женою.


( В кабачок входит друг Несчастливца -
  Глупец, в богатом костюме,  на его лице широ-
  кая улыбка. Он присаживается к столику друга.)


             Г Л У П Е Ц

Приветствую тебя, мой несчастливый друг,
Не виделись давно, все было недосуг.

       Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Глупец, я несказанно рад тебе,
Мы винный хмель разделим пополам.

         Г Л У П Е Ц

Мы вместе лишь благодаря судьбе,
В спиртном едины, но различны по делам.

  Г Л У П Е Ц  -  О Ф И Ц И А Н Т У

Нам амфору вина фалерского; пожалуй,
Еще салат из рыбы.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

                Друг, не балуй,
Ты щедр, Глупец, а я же безответен!

          Г Л У П Е Ц

А, пустяки, отказ твой тщетен.

( Официант приносит заказ. Несчастливец
 начинает с жадностью поглощать пищу.)



Будь осторожен, или съешь свой стол.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Потомку Тевкра подари укол
Кинжала злобно-саркастических острот.

         Г Л У П Е Ц

Не гневайся, мой пищевой илот,
Давай нектара Вакха пригубим.
Веселья богу верность сохраним,
Вакх трезвомыслящих не любит болтунов.

   Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Нет, мне не быть в числе его сынов.
Ну что же, за свершение мечты!

         Г Л У П Е Ц

Давай, да будешь счастлив ты!

(Оба пьют, Несчастливец опять принимается за еду.)

          Г Л У П Е Ц

Ну что ж, ответь,  Весталкой грезишь?

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Ты не в свое, друг, дело лезешь!

           Г Л У П Е Ц

Нет, нет, позволь, мы с ней знакомы оба,
Ужель она твоя - к чему такая злоба?
Меня ведь дурнем окаянным,
Бордельным девкам столь желанным
Ты перед ней тогда изобразил,
Чтобы привлечь к себе, но насмешил

Нас вместе с ней, дружок, немало!
Я рад  служить тебе глупцом.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Подобен скорпиону ты, чье жало
Является его трагическим концом.
Когда-нибудь ты сам себя сразишь.

( Глупец хватается за голову.)

         Г Л У П Е Ц

Ах, ах, от острословия я сгину -
Неправда, нет. Тебя я, друг покину,
Когда меня ты смехом уморишь.

         ( Глупец хохочет )

Быть может, я вот так от хохота и лопну!

       Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

А я, скорей всего, в тоске угрюмой сдохну.
Ведь меланхолик прирожденный я,
Не доверяю всем и, одинокий,
Бегу от мира, подозрительность моя
Бежит со мною рядом в край далекий,
Ночные ветры охладят меня -
Отдохновенья дав мне у огня.

             Г Л У П Е Ц

Огонь - он холерическая страсть,
А ветры - сангвиническая радость,
Вода же - флегматическая власть,
Земля - меланхолическая старость.

В том месте воду все же отыщи,
Свой ум в ней, друг, ополощи -
Власть флегмы даст уму покой,
В воде безликой горе смой.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Я грустен. И виною - безразличье
Смешной, мучительно-пустой, тоске:
Весталка, глядя в скорбное обличье
Мое, уйдет навек, и в каменном мешке
Своих причуд и рассуждений стану гнить -
Как Несчастливцу без любви ее прожить?

Она не удосужилась сообщить решенье,
Согласие мне дать или отказ;
Рожден, увы, я за чертой везенья,
В стране литаний и печальных фраз,
И ей одной молюсь: о милая Весталка,
Меня несчастного, ужель, тебя не жалко?

        Г Л У П Е Ц

Достоин ты высокого почтенья, но она
Не удосужилась ответить, и вина
Весталки пред тобой неимоверна -
Она, признаюсь, поступила очень скверно:
Тебя, мой светлый гений, оскорбила,
Сомненье в лучшем сердце поселила.
Забудь ее, дружок, пои свободу
Вином счастливым в хмурую погоду.
Не создавай из девы эпопею.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Когда мне льстят, я свирепею,
Медоточивой речи не терплю,
Ведь льстец уподобляется репью,
Но я колючку эту отцеплю,
Хотя одежды чувств она не колет,
Пока ей обольщенный не позволит.

( Глупец показывает на себя )

Низкопоклонника гоните в шею живо,
Тщеславный для него чудесная нажива,
Но ты не тщишься славой, ибо нет
Понятий у тебя, что значит сей предмет.
Хотя кичишься мудростью своей
Порою, как завзятый фарисей.
А я здесь пред тобою изощряюсь,
Но жертвой сладкоречья ты не пал.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Я болтовней твоею наслаждаюсь,
Как яствами гурман Сарданапал.

       Г Л У П Е Ц

Не доверяйся целомудренным девицам,
Они подчас подобны хищным птицам -
Не только с печенью придется распроститься,
Но также с сердцем, добрый Прометей.
Едва ли ты успеешь насладиться
Беспечно-праздной добродетелью своей.

И сожалеть, титан, ты долго будешь,
Пока навеки, бедный, не забудешь,
Что подарил огонь души когда-то ей.
Невинность - эта жадная химера,
Телесно - дева, духом - баядера;

С Весталкой случай именно таков.
Освободись, о раб мой, от оков.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Ах ты пошляк, ты б щупать стал
Под туникой самой богини Весты!

        Г Л У П Е Ц

Ну нет, дружок, ты явно перебрал,
Хотя вульгарны ли такие жесты?


  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Учился ль ты пороки бичевать -
Уж не Нерон ли твой учитель?

         Г Л У П Е Ц

В наш век растленный любит воспевать
Пороки даже "нравственный мыслитель" -
С одним поэтом прозорливым,
Апофеозно-говорливым,

Хотя он пьян был, как свинья,
Признаюсь, в том вина моя.

Чтоб честь держать, исполнясь сил,
Я с пафосом его спросил:
"Вложил ли ты в святые строки
Науку - люто сечь пороки?
Постичь ее желанием  горю", -
Он мне ответствовал: - Хрю-хрю.
Да, я пороков не чураюсь -
Коль грязен, вряд ли  замараюсь.
Увы, ведь я науки не постиг,
Но оправданье откопаю в груде книг.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Нельзя при помощи учений книжных
Грешкам постыдным оправдания искать
И оставаться все таким же неподвижным,
Но скакуна всяк час изображать;

      ( Приятели выпивают )

Быть мертвым и о жизни рассуждать;
Расставшись с собственною тенью,
Чужую тень всегда сопровождать,
Готовиться вторично к погребенью.

А я с рожденья был таков,
Меня тянуло в глубь веков.
Я в прошлом жив и умер тут,
Для всех, кто в этот час живут.

      Г Л У П Е Ц

Мне слушать тебя, Несчастливец, занятно.
Все то, что изрек, ты мне также понятно.
Навроде разгадки
Китайской загадки -
"Обычай сожженья бумажной лошадки" -
Когда совершишь, что случится потом?

Слезы усопших замерзнут и льдом
Горько-соленым на том свете станут,
Если лошадки скакать престанут.

О Несчастливец, смысл твоих суждений
Основан на таинственности страшной,
В них скрыта зависть прошлых поколений
К твоей свободной мысли и отважной.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Неведомо куда ведет меня сознанье,
Но между нами, милый, большое расстоянье.

          Г Л У П Е Ц

Твой разум - Тевтобургский лес,
Где легион идей исчез,
Но в дебрях разума твоих
Не отыскать идей, нет их.

   Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Я безыдеен, но не глуп.

        Г Л У П Е Ц

Но разум без идеи - труп.

От тухлых умствований гнусно
Мне, добрый друг, хотя искусно
Умеешь лить потоки слов
Ты в уши вот таких ослов.

    (Тычет себя в грудь)

Смысл слов твоих - этрусков письмена,
Я разуметь сие не в силах, старина.
Гаруспик ты или авгур?
*Etruscum est non leqitur???

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Любовь и время, видно, несовместны.

         Г Л У П Е Ц

Как вы с Весталкой, ибо ты из бездны
Каких-то ужасов мистических рожден.
Знай правду: я в нее влюблен
И мне она в своей любви призналась.
Тебя Весталка не любила никогда!

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Спасибо за игру. Тебе досталась
Любовь из-за богатства.

     Г Л У П Е Ц

                ...Ерунда
Все эти игры временные -
Где я - глупец, а ты - мудрец,
Банальные фантазии земные
Весталка разгадала наконец.

Так время - жнец кроническим серпом
Мир жнет и вяжет мир снопом,
В стогах из скошенных эпох
Мы слышим тривиальный вздох:
"Играешь я роль мудреца" -
"А я играю роль глупца!"

 Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Довольно, брось нелепый вздор.



       Г Л У П Е Ц

Но ведь таков наш уговор:
Я стать глупцом обязан был
В ее глазах...

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

           ...Но получил,
Подлец, Весталку ты, не я.

      Г Л У П Е Ц

Виновна мудрость в том твоя -
Знай, женщине диковинные речи
Потребны, как удаву плечи.
С такими рассужденьями доныне
Ты мог бы тешить дервишей в пустыне
И пафосом их жажду утолять,
Или невинность эскимосскую растлять.
Довольно, выпьем, Несчастливец, ну же.

 Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

И так уж я сижу в кровавой луже,
А лужа та - багровое вино.

    Г Л У П Е Ц

Но так уж, Несчастливец, суждено,
Зато в венке мудрейшего подарок от Глупца!
Ну, друг, давай!

   Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

               Уж близок час конца.

       Г Л У П Е Ц

Ужель так говорят мужи седые?
Скорей юнцы безусые, младые.

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Влюбившись, я совсем мальчишкой стал,
А ты, подлец, любовь мою...

   Г Л У П Е Ц

           ...Украл?
Раз не было венчанья,
Беглянку не зови,
Не лей слезу отчаянья
На прах былой любви.

 Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Заткнись, ничтожество, мне опротивел ты.

         Г Л У П Е Ц

Остынь, не надо шума, не надо суеты -
Никто не ценит скот по поголовью.
Ты проскрибирован обманчивой любовью.
Во всем , дружок, важна порода,
Тебя, увы, обидела природа.

( Глупец выплескивает вино из
  чарки в лицо Несчастливца, тот,
  оскорбившись, берет сосуд с вином
  и бьет Глупца по голове. Глупец
  падает, его одежда залита вином.
  Несчастливец убегает.)


       С Ц Е Н А   2

( Несчастливец у себя в доме, лежит на крова-
  ти, у него болезненный вид, упадок сил с пере-
  поя. Рядом на кресле-качалке лежит кот Песок.)


      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Какой кошмарный сон приснился
Мне с перепоя в эту ночь.
Я не желаю, чтоб он сбылся,
Иначе мне уж не помочь.:

В объятьях дурнопахнущей злодейки,
В чаду тлетворном я лежал.
Черты ветхозаветной иудейки
Она имела, я слегка дрожал,
Хоть женщина дышала жаром,
А также похотью, вином и чесноком.

Альков нечистотой,  спиртным угаром
И потом был пропитан целиком.
Еврейка в игрищах была ужасна,
Энтузиазм ее мне мерзок стал,
Остановить не мог ее, напрасно
Молил я о пощаде и кричал:
"Ты ведьма, отпусти, устал от муки -
Страшней ты самой страшной суки".
Вдруг в горло мне она вцепилась
Железной хваткой; помрачилось
В тот самый миг сознание мое -
Я задохнулся, вдруг ее не стало,
И трупу ламия из бездны прокричала:
"Люби меня, навек забудь ее".

( Несчастливец встает, одевает ветхий китайский
  халат, берет кота на руки и усаживается в крес-
  ло-качалку, гладит кота.)

Из тинга смертоносных сновидений
Мрачнее всех вчерашний сон.

Подобных, кто вкушает наслажденье,
Того на веслах ждет Харон.
Царица Лемурийская, и та добрее этой
Подземной злыдни, бестии отпетой.

Так Мизагиния поселится в груди,
Построит замок свой на страхе,
И злой анахорет на полпути
Увязнет по колено в женском прахе
Тех обольстительниц, что мысленно сразил
За чары их, за красоту, за пыл.

   ( Обращается к коту)

Песок мой, котик золотистый,
Мурлычешь сладко, такту невпопад,
Блаженно шепчешься, дружок пушистый,
Как в трансе отрешенный харизмат.

Хотелось бы мне стать кошачьим прозелитом.

Ведь чувствую себя я гадом недобитым.
Мое сознанье туллиануму подобно,
И грязный Фобос ползает внутри,

И черный Деймос завывает злобно,

Кричит: "Я зеркало, я - это ты, смотри,
В кого ты превратился, раб убогий,
Пан разложившийся, уродец козлоногий".

Я эсхатолог по своей природе -
Наступит час, опустошенный мир,
Здесь раб не поклоняется свободе,
Его мечта - занюханный трактир.
И мне отвратны оголтелые пирушки
В преддверии последней заварушки.
Что любо мне теперь? Да ничего!

Здесь духа нет, нет духа моего.
Герои здесь - картонные роланды,
Поэты здесь на кладбищах живут,
В удачливых здесь признают таланты,
А неудачливых здесь дурнями зовут.
Псевдокультурные - понятия и вещи -

Сжимают мозг как инквизиторские клещи.
На что надеяться тут можно несчастливым?
Я обманулся в чувствах в сотый раз!
Как верить мог я обещаньям лживым
И жертвой пасть ее коварных глаз?
Тону в реке губительной печали -
Любимая и друг меня предали.

Проклятый треугольник, ты - модель,
Миниатюры мира, и вмещаешь
Ты троицу в трехгранную постель,
Но тройственность союзов запрещаешь.
Ведь ты мишень - изобретение Амура,
Он выстрелит, разрушена фигура.
Касательно любви, из двух сторон
Ей должно быть, не допуская третьей.
Но третьей должен стать был  он,
Глупец, любитель словоцветий...
А может, нет! Его богатство
Ей много ближе, чем мытарство,
Каким мне заниматься суждено.
Все в небесах, увы, предрешено.
Как сборщик податей несчастный -
Я презираем миром всем,
Ну а с Глупцом удел прекрасный
Найдет Весталка. Так зачем

Мне на костре страстей сгорать,
Чтобы пеплом скорби стать?

Хранить очаг ей да поможет Веста,
А верность мужу - милосердный Бог.
Отныне дом - твое святое место,
Завет и храм - филистерский острог.
В саду любви моей засохли розы,
Их погубили Несчастливца слезы.
Не Данте, ни Петрарка  я - воспеть
Ущербную любовь  и черные страданья

Бессилен, но желаю сделать плеть
Предмету бывшей страсти в наказанье.

( Несчастливец бросает кота на пол
 и начинает бродить по комнате.)

Я сечь обоих стал бы без конца,
Нежнейшую Весталку и щедрого Глупца.

Так ветры рока надо мною дуют,
Что проклинаю всех на белом свете.
И мысли снова меж собой враждуют,
Как ненавистники Монтеки с Капуллети.

( Несчастливец выглядывает в окно.)

Вон пьют вино какие-то бродяги,
Хлебнул бы с ними я немного браги.
Нет, чепуха, себя блюсти обязан
Я, в ком достоинство пока еще живет,
Ведь с честью узами внушительными связан
Любой, кто с кем ни попадя не пьет.
Не стоит в жизни тяжкой и упорной -
Компании быть другом подзаборной.

Но все же отчего я пью? Не знаю,
Порок неведомый  бессмысленно виню
И от похмелия рычу, реву, стенаю,
Как зверь лесной, попавший в западню.
Не избежать тебе ущерба и беды,
Коль в рабстве ты у огненной воды.

Сужу себя, иной судить не в праве!
Кто ведает, в чем кроется причина?
Один купается в невыстраданной славе,
               
Другой в  бесславьи тает, как вощина.
Как дурно мне! Богов закат настал -

Сегодня раб, хотя вчера был Бог.
У Аса волк власть высшую забрал -
Напрасно Хеймдаль протрубил в свой рог.
Не стоит сетовать на неудачи мне
И горести свои топить в хмельном вине.
Забудь любовь, когда та безответна,
Не помни о предательстве и лжи.

Не пестуй идола, коль пествованье тщетно,
Не верь в иллюзии, фантазмы, миражи.
Не проклинай погоду за ненастье,
На власть не зарься, ибо та - безвластье,
Не променяй талант на сладострастье.
Не думай, что затак получишь счастье.

Блаженное безделье и мудрость несовместны,
Бесцельные страданья вредны и бесполезны,
Блуждания без цели для духа неуместны.
Большие самомнения для разума бесчестны.
Да! Я - философ, но меня не слышат
Мои собратья в этот мертвый век,
Они научным смрадом жадно дышат,
И пот невежества струится с глупых век.
Глазенки хлопают, на невидаль взирая -
У жертв технократического рая.
Змей индустрии, согнутый в спираль,
На завтрак кушает обычаи и нравы,
А на обед устои и мораль,
На ужин захиревший мозг оравы.
Урбанизатор оправляется: новинки из пластмассы,


Железа и резины -  в обмен на чувства массы.

( Несчастливец быстро шагает по комнате, усмеха-
  ется и что-то бурчит под нос. Он останавлива-
  ется напротив стены и смотрит в одну точку.
  Спустя некоторое время Несчастливец теряет
  сознанье и, ударившись о стену, падает на пол.
  Из стены появляется образ красивой женщины,
  облаченной в жреческие одежды, в руках ее лира.
  Женщина поет, аккомпанируя себе на инструменте.)


       О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Проснись, молю, не спи, герой,
Стряхни оковы сновиденья -
В краю ином любовь твоя
Грустит о совершенном муже
И Норции обязана служить,
Верша обряд в постылом храме -
Хранительницы целлу омывать,
Блюдя по долгу жрицы чистоту,
Рыдая о тебе, о муж прекрасный.
Проснись, молю, не спи, герой.

( Несчастливец приходит в себя и в изум-
   лении не может сдвинуться с места.
   Жрица, ласково глядя на него, продол-
   жает петь.)

Оденься в тунику, кайма
Пускай горит огнем пурпура,
Чтобы сердца влюбленные пылали,
Моя одежда будет как твоя,
Ты - небо, я - земля
И жду с тобой соединенья:
Тел, чувств и раненых сердец.
Примчись ко мне на крылах Лазы,
Будь щедр, мой лукомон,
И одари возлюбленную лаской.
Проснись, молю, не спи, герой.

Триера страсти, мук, разлуки
Вонзилась в лодку сердца ростром,
И стала я невольницей в печали,
В темнице разобщенных чувств -
Подобна грозди виноградной
В заброшенном навек саду.
Я буду высушена солнцем
Или исчезну в клювах птиц,
Когда не явишься ко мне ты.
Проснись, молю, не спи, герой.

( Несчастливец выражает то страх,
  то восторг, то смущенье, но при-
  дя в себя, вступает с образом
  жрицы в диалог.)

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Весталка, ты ли это, дорогая,
Иль только образ свой - виденье
Сюда послала, к чарам прибегая,
Дабы терзать меня как наважденье?

     О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Нет, не весталка я, скорей норцийка,
Богине не по воле я служу.
В священном храме Норции Высокой,
Верша обряды, грежу о любви.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

И стала оттого печальноокой,
Но кто повинен в этом, назови!?

  О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Слез пролила намного больше,
Чем Тибр воды в себя вмещает.
Их снова лью на горьком берегу.
Знай, ты причина слез моих,
Но если муки девы безответны,
Себя я в водах плача утоплю -
Ты любишь ли меня, герой?

 Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Одну тебя, о жизнь моя, люблю -
Но имя все же мне открой.

    О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Зовусь я Тана, уроженка
Вольсиний - то град в стране расенов,
В союз двенадцати он входит.
Я дочь ростовщика, отец мой
Уже давно в краю Аиты,
А мать еще пока здорова,
Но с нею видимся не часто.
Мне предначертано веленьем
Создателя Вселенной Тини

Служить Хранительнице мудрой.
Так фронтак Авл определил.
Он в молнии увидел волю Тини
И на коллегии гаруспиков ученых
Изрек жрецам, что Громовержец
Дал знак красавицам Вольсиний
Стать жрицами богини очага,
На величайшем празднестве ее.
А боги красотою наделили
Твою навек возлюбленную Тану.
И девственность как жрица я храню,
Хотя мне чужда эта роль.
Век золотой для Таны наступает -
Ведь я с моим героем ныне.

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Душа моя надежда расцветает
Оазисом в безжизненной пустыне.
Мне сторицей воздалось за страданья,
За горести в моей земной юдоли -
Нехудший сын Адама, наказанья
С меня довольно, равно как и боли.

    О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Кто есть Адам? Не ведаю, о милый.
Но ты из всех детей Тирсена
Сын самый наилучший и чудесный,
Сравним ты красотой своей с Энеем,
А мужеством - с Вибенами сравним.

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Мне в лабиринте зла не быть Тесеем,
И рока Минотавр несокрушим,
С героями в сравненьи - горсть земли,

Вот, кто я есть - их пепел и не боле.
Врагов герои беспощадно жгли,
Терпя лишенья, не нуждаясь в холе.

     О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Нет, ты - герой! Пусть не сражаешь
Мечом отваги полчища врагов,
Не подчиняешь власти их своей,
Не покоряешь вражьи города.
Но покорил ты вмиг девичье сердце,

А это - самый высший героизм.
Ведь знаю, любишь ты меня,
А любящий не может трусом быть,
В сраженьи он герой бесстрашный.

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Все верно, Тана, я готов сразить
Кого угодно в схватке рукопашной.
Скажи лишь слово, и погибнут львы,
И будут мной разорваны грифоны,
Химеры, сфинксы, ламии, горгоны.
По слову Таны станут враз мертвы
Любовь моя, ристалища царей,
Сокровища дворцов, богатство фараонов
И клады древние из глубины морей,
И обращенных в рабство лукомонов -
Тебе, Тиренской жрице, я отдам,
Знатнейшей самой из этрусских дам.

Ты станешь, черноокая, моя.
Царица, пред тобой склоняюсь я!

( Несчастливец становится на колено
  и целует Образу Жрицы руку.
  Образ начинает растворяться.)

Как прошлое связать мне с настоящим?
У Парок, что ли, нить судьбы отнять?
Увидишь милого в Этрурию летящим
Ты только в снах, и в них меня обнять,
О Тана драгоценная, ты сможешь.

      О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

Прощай, герой!

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

     ...Ты боль мою умножишь!
Молю, любовь моя, молю, не исчезай.
          Куда же ты...?
       О Б Р А З  Ж Р И Ц Ы

... Прощай, герой! Прощай!

( Несчастливец пытается схватить
  исчезающий образ, но безуспешно.
  Образ растворяется в стене.
  Несчастливец с разбега налетает
  на стену, ударяясь о нее головой.
  Он падает. Кот, жалея хозяина, ластит-
  ся к потерявшему сознание Несчастливцу.)

       С Ц Е Н А   3

( Несчастливец сидит за столом в своей
  комнате, утоляет голод безвкусной едой.)

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Кто я? Умалишенный или здравый,
Сын человека иль дитя ослов,
Хвастливый трус или вояка бравый,
Зверь загнанный иль хитрый зверолов?
Мне призраки любовь хранят навеки
И ждут меня в Сатурнианском веке.

Оплеван я добрейшими друзьями -
Из клеветнической слюны возникли реки.
Накормлен я щедрейшими князьями,
Спасибо вам, духовные калеки.
Я счастлив в тишине родного дома
Влюбленным быть в этрусского фантома.

О Тана, где ты? Неужели Тини
Израненным сердцам не даст союз?
Я в настоящем - муха в паутине,
Ты в прошлом - дочь условных уз.
Религий путы я порвать готов,
Но сам ли я свободен от оков?

( Несчастливец сбрасывает со стола
  посуду с остатками пищи и рыдает.)

Ундины, саламандры, сильфы, гномы;
Пенаты, лары, маны и лемуры,
Явитесь ныне, пусть грохочут громы!
Ко мне летите, ласковы и хмуры,
О духи, я молю, верните Тану -
Рабом навеки вашим стану!

О спириты Стихий, в телах астральных

Явитесь из миров первоначальных!

(Несчастливец, произнеся эту таинст-
 венную тираду, обхватывает голову
 руками и застывает в неподвижности.
 За его спиной появляется некто,
 подобный Богу. Незнакомец опускает
 руку на плечо хозяина дома. Несчаст-
 ливец, сильно испугавшись, кричит, но
 не может сдвинуться с места.)

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

А - а - а - аа - аа - а - а - а!!! ??? !!!

Кто ты? О нет, ужель я грежу?
Я заколдован и не в силах шевельнуться.
Злодей, пусти, знай, я тебя зарежу,
Вот только за ножом бы дотянуться.

( Незнакомец обходит Несчастливца
 и становится напротив него. Тот
 ужасно перепуган. Гость делает
 жест рукой, и у Несчастливца ис-
 чезает страх и временный паралич.
 Он встает из-за стола.)

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

О Повелитель стихий! Неужели
Откликнулся сразу на мою просьбу?

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Думаешь ты, что блуждая без цели,
Вопли услышав, в лачугу твою
Ринулся я, и сейчас разопью
Пару бутылок за здравие Таны,
Вместе с тобой для гармонии в теле?
Нет, мы знакомы давно, и о деле
Мой разговор, изложу свои планы.

Ты искалечен любовною мукой -
Призрак исчез, оттого и горюешь.
Плачешь, язвишь, ненавидишь, тоскуешь,
Но не способен вернуть себе деву.
Сердце томишь ты горчайшей разлукой -
Стану тебе я надежной порукой.

Скорби, подобной адскому зеву,

Что поглощает племя несчастных,
Больше не будет. Мост через время
Пусть сократит тяжелейшее бремя
Рока слепого, мой невезучий.
Сможешь часы наслаждений прекрасных
В прошлом познать и забыть об ужасных
Днях настоящего. Это твой случай.

Знай, я Вольтумна, так меня звали
В древнеэтрусских храмах и градах.
Я их отец и радею о чадах.
Дети мои существуют поныне -
В мире расенов не знают печали,
Ибо этруски всегда пировали.
Грусти у них не бывало в помине,
Пусть скит тоски пропадет навсегда -
В доме веселья смело селись,

Ешь,наслаждайся, пей, веселись,
Лети, дивя изящнейшим полетом
Небесных птиц, не помня про года.
И скорбь, терзанья, горечь и беда
Не сделают тебя своим илотом,
Етерой рыданий, невольником мук,
Печальником злобным, завистником хмурым,

Рабом безысходным и сервом понурым.
Отправлю к предмету желаний тебя.
Будьте едины, как стрелы и лук,
Будьте совместны, как древо и сук.
Счастье познайте, друг друга любя.
Согласен ли ты с предложением моим,
Или ты с миром своим неделим?

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

С прошлым связаться ужели возможно?
В нем я совсем потеряю себя.

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Здесь ты живешь настоящим, скорбя,
Мир вредоносный ругая безбожно.
Здесь потеряешь неудачи шляпу,
А там обрящешь славную корону
И к гаруспическому приобщишься лону,

И тайны дивинаций откроются тебе.
Здесь ты узришь лишь обывательскую лапу,
Смелорекущим здесь достанется по кляпу;
Умрешь в молчании, отпор не дав судьбе!

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

А там латинский волк или птица Тини
Разделят тело Несчастливца пополам.
Иль станет жертвой он неведомой богине -
И приобщится к многим жертвенным телам.
В храм Норции я б вбил последний гвоздь -
Мне ненавистны суеверие и злость.

   П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Могу ли я слепца повергнуть в бездну,
В подарок дав ему поломанную трость
И вместо хлеба - мамонтову кость
Могу ли  дать я пасынку страданий,
Иль подарить младенцу саблю бесполезну?
Не веришь мне? Что ж, я исчезну
Я думал, Тана - верх твоих желаний.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Не  исчезай! Не прав я, но скажи:
Как с пасынком страданий, вот сравненье,
Отождествил меня ты?  Привкус лжи
Почувствовал я в них и вкус презренья.
Сирот не любят боги, так иль нет

Этруски мыслили в теченье прошлых лет?
Ничтожный пусть валяется в клоаке,
Достойный пусть пирует во дворце,
А сирота для них не более собаки,
Но только с разницей в повадках и лице -
Поэтому лишь кости я достоин
И сабли тоже, хоть я и не воин?
Младенцу в люльку меч всегда кладут.

    П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Ты прав, но это там, не тут.
Эпохи разнствуют, и есть различье -
В быту, в обрядах, танцах, нравах.
Агаты прошлого в серебряных оправах

Сравнить с сегодняшними гальками в свинце?
Народ великий с массою безличья -
Толпою анонимною косноязычья
И вялой тупости с печатью на лице?

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Согласен, что ж, но как смогу я,
Попав к расенам, с ними говорить?
Неведомый язык, в нем ни гугу я!
Ах, черт! Готов себя приговорить
Пропасть навеки в древних Террамарах,
Погрязнуть в тине суеверий и кошмарах,
Но все же с речью как мне быть?

( Повелитель Стихий делает взмах
   руками, в его ладонях появляется
   ослепительный предмет.)

   П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Притронься к печени овцы священной,

И тайны древние узнаешь сразу.

   ( Несчастливец прикасается к печени
     правой рукой, левой прикрывает глаза.)

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Как светит-то... Невыносимо глазу!

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Теперь гаруспик  ты мудрейший.
*Tertium non datur, так в жизни бренной
Познаешь смысл тайны сокровенной.

      Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Благодарю тебя, о Бог добрейший.
Хвала Вольтумне!

    П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

                ...Я устал.
Хвалу ведь слышу ежечасно -
Жрецов я проклинаю, но напрасно!

Несутся заклинанья всякий час -
В Вольсинском храме уши затыкают
От их молитв, но без конца звучат.
Молитв гадательно-хвалебных фраз.
Не только я измучен, но и Тини.

Гаруспикам знать волю нашу надо.
Ну что ж, жрец - божеское чадо,
Пусть узнает ее по печени овцы.
В Этрурии, как раньше, так и ныне
Творит обряды жрец своей святыне,
Как, впрочем, всевозможные жрецы.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Все ясно, Повелитель, но ответь:
Любовной фальши нет в Этрурии ужели?
Здесь нет любви, есть пол - а это сеть
Без существа, без чувства и без цели.
Искусственный обряд ни для чего.

А пол!? Пол неизвестно. Пол чего!?


 П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Живя в эпоху нравственных уродов,
Рискуешь прочностью незакаленных чувств.
Любовь не терпит синтетических искусств,
Где дух любви, там естество.
В сердца, струясь с небесных сводов,
Вселяет пыл в отцов народов -
Они творят в тот миг, как божество.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Единство с Демиургом в чистоте стремлений
Традиционна для тирренского народа,
Чем исключает гнилость поколений,
Но там бытует женская свобода.
А если вдруг разлюбит Тана -
Смертельна для меня такая рана.

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Такое малодушие в сердцах трусливых
Гнездиться и плодиться полновластно.
Влюбленный места там, где безопасно,

Не ищет, ибо верует в любовь.
Он не приемлет мыслей дум пугливых,
Приказов страха и наветов лживых,
Но ищет встречи с милой вновь и вновь.

Что  до свободы женщин, это верно,
Но в том дурного нет нимало.
В зависимости жены точат жало
На притеснителей свободы - на мужей.
А вольная жена ведет себя примерно
С супругом и любима им безмерно
И младость плоти неразлучна с ней.

   Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

О Бог Великий, существо благое,
О Повелитель, ты имеешь два начала:
Одно мужское, женское другое!
С чем это связано?

   П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

                ... Первоначала
Стихий, подвластных и покорных мне,
В земле, воде, эфире и огне,
Имеют разную дуальную природу.
Вода с огнем вселенную рождала,
Эфирной массой землю наполняла.
Огонь и лед произрождали воду.
Все в мире двойственно, таков и я.

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

                ...Вполне,
Но знать хочу, ответь, о Повелитель!-
Какую цель преследуешь, избрав
Меня? Ведь я обычный житель,
И, духа, чувств и плоти сплав.
Зачем, ответь?

 П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

            ...Ну что ж, узнай:
Ты выше прочих мелких бесов,
Живущих в веке скудных интересов,
А потому еще, что мне молилась Тана -
Перенести тебя в этрусский край.
Лети и счастье с ней познай.

А потому еще... У местного тирана...

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

Что ж ты запнулся, продолжай.

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Один предмет есть, мне необходимый.
Златой дельфин, его мне принесешь -
В мой храм.

     Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

          ...О Бог непобедимый!
Чего же сам его ты не возьмешь?

П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Я не могу сказать тебе об этом -
Запрет.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

 ...Ну,  помоги, хотя б советом,
Как  взять его?

 П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

...Предмет ты украдешь.

    Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

И это Бог Вольтумна говорит?

( Повелитель Стихий делает взмах рукой,
  ней появляется хитон гаруспика с на-
  шивкой. Бог бросает его Несчастливцу.
  Внезапно раздаются стуки в дверь.)

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

Держи хитон, легавый в дверь стучит.

( Несчастливец одевает хитон, сбросив
  свой халат на пол, путается в нем.)

  П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

 Скорее же!

 Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

... Сейчас!

  ( Голоса за дверью)

" ...Откройте!!!"

  Н Е С Ч А С Т Л И В Е Ц

          ...Ах, Глупец
Привел легавых, мне настал конец.

 П О В Е Л И Т Е Л Ь  С Т И Х И Й

( Делает магический жест и мистиче-
  ский смерч уносит Несчастливца в
  неизвестность. В дверь продолжают
  стучать.)

На поиск счастья жизнь свою
Истратишь полностью, без малого остатка.
Исполни волю. Пусть разгадка
Запретной тайны не смущает сердца.
Будь счастлив сладкую струю
Испить, пока я счастье лью
Из амброзийной чаши Громовержца.

( Повелитель стихий улыбается, исчезая
  в бесконечности. В комнате Несчастлив-
  ца осталась светящаяся печень Священной
  овцы. Незванные гости выбивают дверь и
  вбегают в комнату, с ними Глупец.
  Все обращают внимание на светящийся пред-
  мет и бросаются к нему. Происходит пота-
  совка между блюстителями порядка и
  Глупцом. Во время драки печень исчезает.
  Кто Песок жалобно мяукает.)

К О Н Е Ц  П Е Р В О Г О   Д Е Й С Т В И Я