Первому имажинисту

Окорми меня, окаянного,
дай послушать импульсов привесь,
изуми собой неприкаянного,
сплавь бездумно ко мне свою взвесь.
Возложи на меня непонятное,
чем пропах и пропитан насквозь
через необлаченное ватное
и такую летнюю изморось,
что теплеет от видимой роскоши
одного лишь прикосновения
непредвзятой твоей тиши
и каратоприготовления,
полированных призм Оголи,
мыслей, цвета, проникновения.
Озабоченно оголИ
до ума и отдохновения
от уставшей и бодрой сущности
в каждом дне непременно имеющейся.
Я держу твой выдох в горсти,
трепыхающийся и пенящийся.
Приукрасил тайком твой щит
смесью, полночью флуоресцирующей.
Необдуманно не взыщи,
так оправданно яснодышащий.
Из палат твоих виден гром,
слышны молнии и наоборот.
Из монад твоих сложен дом
в обнажении душ навыворот.
Привечающе шлю привет,
опоясывающе-восхваляющий,
очевиднейше сплю и нет
в недрах данностей, оплавляющих
лимонадностью и большим силком,
поименностью назидания.
Оставляюще прокачусь катком
в самовольное обладание.