Я шел сюда, должно быть, год
По грязи, сырости и... пыли.
Кривился мой иссохший рот,
Глаза – недвижимые были.
За шагом долго длился шаг,
Резинилась внизу дорога.
Зато истаяла душа –
Ее осталось так немного.
Ее и нетерпенье жгло
И недоверие точило.
Уничтожала вязкой мглой
Неведомая жизни сила.
Минуты рыхлым комом вниз
В лицо мне медленно летели
Из них вытаивала жизнь
Тоской бесснеженной метели.
А путеводная звезда
Светила вспышками и в спину.
Я возвращался в никуда
Причем всего наполовину.
И был растянут я повдоль
Той бесконечнейшей дороги
И бесконечной будет боль,
Которую наслали боги.
Свидетельство о публикации №102101800851