Людмиле

Я Вас прошу, отчаянье простите
Когда в одном стремительном паденьи
Отчаявшись я чувствам своим сдался
Вам их открыл. Я Вам признался
Старался рядом быть. Но чем я был?
Безцветной тенью...
Безцветной тенью на раскрашеном граните

Мой друг. Моя любовь.
У Вас в руках не факел,
Он жжет частицу ночи,
подобно малой искре
Мелькнет, как-будто близко,
А свет уже погас, свой краткий путь закончив.
И песню оборвет, что глупый соловей случайно где-то запел.
И ночь настанет вновь

В груди все леденеет
В незримой пустоте опять неслышно звуков
А сердце через такт пока еще стучит
Вдруг остановится, немного помолчит
Потом забъется всеж, чуть уловимым стуком
Но кровь еще стоит
Теплом своим не греет

Так было много раз.
Но каждый раз огонь особенно играет,
Тем кто его зажег и тем кто нес,
Кто тянется к нему не замечая слез
Схватив, прижав к груди и руки обжигая
Но сердце отогрев, и сердце оживая
Поет любовь для нас.