15 декабря 2001 года. Москва

 20 апреля 2026 года я меняю первоначальный заголовок этой зарисовки и добавляю данное пояснение.
 С того дня, события которого здесь описаны, прошло почти четверть века. Многое поменялось в самой Москве. В том числе и в лучшую сторону. Прямые аналогии между декабрем 2001-го и днем сегодняшним конечно же неуместны. Но лично для меня очень легко перекидывается временной мостик между той обидой и событиями последних лет, которые привели к тому, что у меня не осталось друзей из России, что я почти не смотрю российские телепрограммы, а далеко не худшая часть жизни прочно прописалась в памяти кровоточащей раной...
 Единственное, что хочу добавить с высоты сегодняшнего дня, это то, что после 2001-го мне довелось побывать в Варшаве, Лондоне, Брюсселе, Амстердаме, Киеве, Вильнюсе. Естественно, во всех этих столицах я чувствовал себя, как и подобает гостю.
__________________________________________________

 На прошлой неделе в субботу я был в Москве.

 Был по делам. В последнее время я стал реже наведываться в столицу бывшей Родины, хотя при желании могу приезжать сюда почти каждую неделю. Но вот уже года два я упрямо веду свои рабочие дела так, чтобы командировки в этот город выпадали мне как можно реже. Случилось это после того как однажды имел счастье столкнуться с доблестной московской милицией, которая остановила меня на выходе со станции метро "Белорусская" за полчаса до отправления моего поезда. Меня завели с служебное помещение, беззастенчиво обыскали, обнаружили относительно приличную сумму в американской валюте (что-то около трёх тысяч) и отпустили только после того, как я заплатил сто долларов. Деньги были не мои. Они принадлежали моей фирме и предназначались нашему курьеру для текущих расходов на целом ряде московских фирм. Долго объяснять, почему организации, находящейся в Беларуси, выгоднее приобретать российские товары за наличный расчёт, но поверьте, что из-за законодательных казусов и бюрократических проволочек этот способ товарооборота при небольших объёмах иногда становиться чуть ли не единственно возможным.

 С Виктором Петровичем, нашим курьером, я встретился у дверей вагона, отдал ему оставшиеся деньги, предупредив, что у входа в метро милиция устраивает облаву, но при этом чувствовал, что человеку с московской пропиской врят ли что грозит.

 В Минске я больше всего боялся, что мне могут не поверить. Мол, взял, да и присвоил сотню баксов. Поверили, и даже сказали: "Знаешь, Слава, ты правильно поступил и очень легко отделался".

 Через некоторое время я снова влип в Москве в аналогичную ситуацию. Меня задержал сержант милиции на входе в метро "Тушинская", проверил паспорт, завёл в какой-то контейнер и обыскал с ног до головы. Валюты в тот раз при мне не было, но унижение, которое испытываешь при этой процедуре трудно с чем-либо сравнить. После этого я стал просто бояться ездить в Москву, а когда всё же приезжал, то больше всего боялся людей в милицейской форме.

 И вот 15 декабря 2001 года. Свои дела сделал за полдня, после чего заехал в гости к Аркадию Брязгину (http://www.stihi.ru/avtor/arcady), с которым ещё загодя договорился о встрече. Мы поговорили о жизни, обсудили сайтовские новости, съели по огромной миске пельменей, на десерт чай с тортом. Вечером Аркадий уезжал в Обнинск, а у меня оставалось три часа до поезда на пробежку по магазинам в поисках предновогодних подарков жене и детям.
 
   В 21.00. я выхожу из метро на "Белорусской" кольцевой.

 - Гражданин, можно вас на минуточку,- окликает меня очередной сержант,- ваши документы. Из Минска? Когда прибыли? Сегодня утром? Билет о прибытии. Когда уезжаете, через сорок минут? Цель визита? Что в сумке? Оружие, наркотики есть? Покажите, что в карманах. Расстегните куртку. Что во внутренних карманах? Показывайте всё. Что у Вас здесь?

 Здесь - это в кармане рубашки под свитером лежали семьдесят долларов личных сбережений, привезённые с собой на карманные расходы и к сожалению не растраченные за день.

 В этот раз я решил стоять до последнего. Платить каждому встречному милиционеру за то, что ты приехал в Россию не с белорусскими деньгами...

 - А в чём, собственно криминал?- начал я атаку.

 - А вы знаете, что у нас запрещено хождение валюты?

 - А по нашим законам я могу без всяких справок и деклараций вывозить за пределы страны 500 долларов.

 - Меня это не касается, я не таможня.

 - А для кого у вас работают обменные пункты? Я же не пытался расплатиться валютой.

 Сержант был не настроен вступать со мной в длинные диалоги и попросту передал в руки подошедшему старшему лейтенанту. У меня было промелькнул луч надежды, что с офицером мы сможем поговорить на одном языке.

 - Товарищ лейтенант, на каком основании меня вообще остановили? У меня вид наркомана? Или лицо смахивает на кого-то, кто находится в розыске?

 - Нет, но я имею право задержать вас на три часа.

 - У меня поезд через тридцать минут. Я вас прошу чисто по человечески, давайте расстанемся так, чтобы у меня остались о вас добрые воспоминания.

 - Как это?

 - Ну зачем мне в Минске рассказывать друзьям и знакомым, что вот какая в Москве милиция. Или Вы думаете, что я не понимаю, что Вам нужно?

 - Если понимаете, то в чём же дело?

 - Товарищ лейтенант, я между прочим оканчивал МГУ.

 Это было ложью. В МГУ меня не взяли. Я набрал 20 баллов, проходной же для москвичей был 18, а для иногородних 23. Но та давняя обида 1978 года давно зыбылась. В конце-концов, если бы я поступил тогда в московский университет, то вся жизнь пошла бы по другому, а мне с сегодняшней колокольни совсем не хочется отказываться от той, которая у меня есть.

 - В советские времена, я проработал здесь почти десять лет. У меня в этом городе масса друзей.

 А вот это было правдой. Я действительно с 1985 по 1993 годы работал в подмосковном Центре управления космическими полётами. Моё стихотворение "Лучше б я тебя не знал греховодница" посвящено Вовке Горину. С Любой Смирновой мы вместе улетали из Быково кататься на горных лыжах, а Иру Кашенцеву уже из Минска вдруг увидел в передаче "Угадай мелодию".
 
 В этом городе я побывал почти во всех театрах. Просто так на улице встречал Джигарханяна, Константина Райкина, Ширвиндта с Державиным, Людмилу Гурченко, Мягкова... Всех не перечислю. Абсолютно случайно на Красной площади после года не общения я встретил своего друга Эльдара из Саратова, про которого было написано:

"Что же ты не звонишь мне, друг,
я ведь знаю почти что всё,
избегаешь ты встреч со мной,
право, только из-за неё..."

 А потом на Пушкинской площади абсолютно незнакомая девушка уже нам с ним просто так читала свои стихи.

"Помнишь, как однажды под луной
посреди московской суеты
прочитала нам стихи с тобой
девушка богемной простоты..."

 На этой же Пушкинской с подножия памятника Александру Сергеевичу я читал свои стихи на одном из Дней поэзии.

 Про Москву у меня есть старое стихотворение "Я люблю Москву такую..." и совсем недавнее "В московском Детском мире".
 
 И в далёком детстве у меня были такие строчки:

"Мы в Москве находились недолго,
но её полюбить я успел
и, садясь в отъезжающий поезд,
расставаться я с ней не хотел" -

это воспоминания о самом первом приезде в Москву с мамой в ноябре 1967 года как раз накануне 50-летия Октябрьской революции.

 В 1992 году в подмосковных Подлипках у меня родился первый сын...

 Москва - часть моей жизни, город, дарящий воспоминания. Вот ещё один отрывок из стихотворения "Тверской бульвар":

...Легенда, уходящая в века,
твоих щедрот чуток и мне досталось.
Я не умру конечно же пока
ещё хоть раз с тобой не повидаюсь...

 Естественно своему лейтенанту я этого не говорил. В какой-то момент вдруг стало понятно, что с ним вообще не о чём разговаривать. До поезда оставались считанные минуты, когда я наконец спросил:

 - Сколько тебе надо? Десятки хватит?

 - Давай двадцать...

 Я не обеднел на эти двадцать долларов.
Но почти бегом направляясь к поезду, я вдруг поймал себя на другой мысли: в этот раз у меня отняли не деньги.

 Что-то оборвалось.
 Очень простое и очень важное — ощущение, что этот город меня предал.
 
 Оттаивая в поезде от очередной жизненной оплеухи, я пытался вспоминать, как красиво выглядела сегодняшняя Москва в предновогоднем убранстве. И совершенно неожиданно словил себя на мысли, что мне на глаза попалась сотня Санта Клаусов и ни одного Деда Мороза...