О корнях
Я все переживал
И это скрыть
Отчаянно пытался...
И где другой наверно бы
заржал,
Я вдруг краснел,
потел
и запинался.
На вссю катушку верил я,
до слез,
Что где-нибудь в Непале
пацанишку
Гладали голод и туберкулез
Лишь от того,
Что сам был сыт я слишком.
Что где-то был я
слишком успокоен,
Самодоволен и непогрешим...
Со мною спорила бессонница
И в споре
Я все же засыпал уже иным.
А утром,
Где с улыбкой предавали,
Мои надежды в человека погребя,
В смолу и в пух наивностью завален,
Я вновь винил безжалостно себя.
Винил за то,
Что часто от бессилья
Я сотрясал пространство,
горячась,
Когда калиной
ссадины России
На мне пестрили красненьким
подчас.
Да, мне везло.
Я это понял позже,
На перепутье повстречав других,
Мне вдруг шепнуло наше бездорожье,
Как безысходно
невезенье
их.
Свидетельство о публикации №101112800398