У озера

Стою на берегу. Вцепившись в берег
Умом и всем вниманием, невмочь
Коснуться гладких вод. Озёрный через
Отрыв проходится простор. Прямой,

Как сердце, тишиной. Прикосновенна
Тем неизвестным, кто возмог сойти
С привычных рельсов. Оторваться верно,
Как по воде навстречу, даже в штиль,

Не так-то просто. И стою у края,
И только говорю о том, что смочь
Не знаю ли смогу. Не умирая,
Как оторваться от вещей? Зимой,

Конечно, ходят по воде, что стала вещью.
Но не об этом речь, – о тишине,
Свободной от сует. Вочеловечен,
Бог дал возможность. Примененья нет.

Но жизни есть ещё простор. Осталось
Не конькобежцем, водомеркой, в край,
В стекло, как в детстве носом, – в Тайну,
Но в то не входишь сам. И умирай,

А не взойдёшь. Не прикасайся, – скажет.
И вот, у края суеты на берегу –
Не дел, а мыслей, – развожу руками,
Как в азбуке матросской, берегу

Хотя бы воздух, самый сгиб простора,
В который хода нет. И то не страх,
А большее привязывает в корень,
Проросший в берег, двигатель в руках,

И что ещё... Но там неотвратимо
Влекущее – в просторе тишины,
Тот Истинный, Кому и зная имя,
Не знаем. И догадки, но не сны,

Как в тусклом зеркале, сказал, сжимаем
И бережём, и ждём, и говорим,
Покуда не умолкнем, понимая,
Что Сам Он скажет. И Един, и Три.