Одуванчик

Он так солнечен и легок – одуванчиковый пух!
Только выполз из пеленок –и уже прекрасный слух.
Стал на ножки подниматься, набираясь слабых сил, -
И уже готов поддаться детским пальцам клавесин.

Неказист и худосочен, но улыбчив и речист,
Ноты кружевом барочным день и ночь кладет на лист,
Будто пишет под диктовку нескончаемый клавир,
Будто в нем упрятан ловко целый оркестровый мир.

Он с гармонией играет полный радостных идей.
Дамы плещут веерами: Моцарт! Вольфганг! Амадей!
Дни сплетаются в тенета упоительной игры:
Города, дворцы, кареты, постоялые дворы…

Только б пальцы поспевали, не кончался ясный день,
И долги не донимали, и ночами чья-то тень
Не маячила в проулке грозным нунцием судьбы…
Что же в сердце холод гулкий и во сне – гробы, гробы?

Что виденья эти значат? Где от злых укрыться глаз?..
Ветер тронул одуванчик: пух взлетел и свет погас.
Моцарт умер…
               
                    Но повсюду одуванчики цветут:
В каждой музыке, как чудо, прорастают там и тут –
Шаловливы и беспечны, и насмешливы весьма,
Вечны и недолговечны. Как, по сути, жизнь сама.