Александр Введенский Элегия

Игорь Сибирянин: литературный дневник

Александр Введенский
Элегия


Осматривая гор вершины,
их бесконечные аршины,
вином налитые кувшины,
весь мир, как снег, прекрасный,
я видел горные потоки,
я видел бури взор жестокий,
и ветер мирный и высокий,
и смерти час напрасный.
Вот воин, плавая навагой,
наполнен важною отвагой,
с морской волнующейся влагой
вступает в бой неравный.
Вот конь в могучие ладони
кладет огонь лихой погони,
и пляшут сумрачные кони
в руке травы державной.
Где лес глядит в полей просторы,
в ночей неслышные уборы,
а мы глядим в окно без шторы
на свет звезды бездушной,
в пустом сомненье сердце прячем,
а в ночь не спим томимся плачем,
мы ничего почти не значим,
мы жизни ждем послушной.
Нам восхищенье неизвестно,
нам туго, пасмурно и тесно,
мы друга предаем бесчестно
и Бог нам не владыка.
Цветок несчастья мы взрастили,
мы нас самим себе простили,
нам, тем кто как зола остыли,
милей орла гвоздика.
Я с завистью гляжу на зверя,
ни мыслям, ни делам не веря,
умов произошла потеря,
бороться нет причины.
Мы все воспримем как паденье,
и день и тень и сновиденье,
и даже музыки гуденье
не избежит пучины.
В морском прибое беспокойном,
в песке пустынном и нестройном
и в женском теле непристойном
отрады не нашли мы.
Беспечную забыли трезвость,
воспели смерть, воспели мерзость,
воспоминанье мним как дерзость,
за то мы и палимы.
Летят божественные птицы,
их развеваются косицы,
халаты их блестят как спицы,
в полете нет пощады.
Они отсчитывают время,
Они испытывают бремя,
пускай бренчит пустое стремя —
сходить с ума не надо.
Пусть мчится в путь ручей хрустальный,
пусть рысью конь спешит зеркальный,
вдыхая воздух музыкальный —
вдыхаешь ты и тленье.
Возница хилый и сварливый,
в последний час зари сонливой,
гони, гони возок ленивый —
лети без промедленья.
Не плещут лебеди крылами
над пиршественными столами,
совместно с медными орлами
в рог не трубят победный.
Исчезнувшее вдохновенье
теперь приходит на мгновенье,
на смерть, на смерть держи равненье
певец и всадник бедный.
1940 г.


27 сентября 1941 года Александр Введенский был арестован по обвинению в контрреволюционной агитации. По одной из последних версий, в связи с подходом немецких войск к Харькову был этапирован в эшелоне в Казань, но в пути 19 декабря 1941 года скончался от экссудативного плеврита. Его тело было доставлено в морг Казанской специализированной психиатрической больницы НКВД (в архиве этой больницы есть акт о его смерти). Похоронен, предположительно, на Арском или Архангельском кладбище в Казани. 31 января 1942 года уголовное дело в отношении Введенского было прекращено за смертью обвиняемого. 30 марта 1964 года Александр Введенский был полностью реабилитирован; согласно справке о реабилитации № 6/021820 от 10 апреля 1964 года, выданной Управлением КГБ при Совете министров УССР, его дело было прекращено по п. 2 ст. 6 УПК УССР, то есть за отсутствием состава преступления. Друг Хармса.


С началом Великой Отечественной войны Хармс впал в состояние отчаяния, бурно публично выражал негативные эмоции и был арестован 23 августа 1941 года. Скончался в тюремной больнице 2 февраля 1942 года в Ленинграде. Уже в блокаду. Реабилитирован 25 июля 1960 года.



Другие статьи в литературном дневнике: