Подумайте...Последние годы в России ознаменовались возникновением и углублением широкой общественной дискуссии о необходимости введения в России т.н. «ювенальной юстиции». Необходимость, или, напротив, недопустимость этого нового для России института многократно освящалась самыми разными СМИ, политическими деятелями и независимыми экспертами, педагогами, юристами, представителями судейского, педагогического, чиновничьего сообщества. Общество взбудоражено страшными историями изъятия детей из вполне благополучных семей, причем не только в странах Скандинавии, где такие истории давно в порядке вещей, но и – в России, и значительная часть общества и понимает ЮЮ всего лишь как отъем ребенка из семьи, отобрание его у родителей. Апофеозом развития темы можно считать внезапный, незапланированный приезд президента Путина на съезд новой общественной организации – «всероссийского родительского сопротивления», (9.02.13), проводимого под руководством известного российского политолога, публициста, интеллектуала – С. Кургиняна, на котором Президентом было дано обещание «не копировать слепо чужой, зачастую негативный опыт» в данной, весьма чувствительной для общества, сфере. Однако сам по себе его незапланированный приезд – свидетельство и доказательство остроты и актуальности данной проблемы для общества. Вместе с тем, выработку каких-то решений по данной проблеме, а также любое участие в дискуссии нельзя считать корректной без точного определения самого понятия ЮЮ. В самом общем виде, имея самые поверхностные познания в латыни, ЮЮ можно определить как «детское правосудие». «Ювенальный» – значит «детский»; «юстиция» — судебная система. Однако совершенно очевидно, что такое простейшее определение никак не может объяснить остроты возникшего в обществе напряжения в связи с проблемой создания органов ЮЮ в России. Почему? © Copyright: Владимир Перкун, 2013.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
