Виктор коллегорский

Нина Баландина: литературный дневник

ВИФЛЕЕМСКАЯ ЗВЕЗДА


Памяти Арсения Тарковского


Державы речи русской царь,
Шамхальства певчего Тарквиний,
Сковороды сковородиней,
Псалтири птичьей государь.


Державинский тобой словарь
Раскрыт как раз посередине,
Его кузнечик и поныне
Тебе сопутствует, как встарь.


В лазури сенежской, онежской,
В надмирной пуще Беловежской
Алмазный блещет твой венец,


И меркнут обольщенья мира,
Едва опустит лук Стрелец
На небе, что синей сапфира.


23 ноября 2011



Мандельштам



1.


Летя во тьму, в безвестность, в бессловесность,
Один лишь дух, почти что бестелесность,


Без возраста, без имени, без страха,
Безвременно слетевший к чадам праха


И сам давно рассыпавшийся в прах
С невысказанным словом на устах.


26 июня 1981



2.


Плывём. Куда ж нам плыть? Стезёй ковчега,
Заветного достигнувшего брега?
Не сбиться как? И вот на помощь нам
Призвав пучин библейских Моби Дика,
Летит с масличной ветвью Эвридика,
К Европе кит стремит нас по волнам.


Таинственно спасённые во чреве,
Излившись в благодарственном напеве,
И мы спешим к сиенским высотам,
Где с райского слетают небосклона
На луг цветущий лебедь Аполлона
И Данта шмель — блаженный Мандельштам.



3.


Родился Бродский. Умер Троцкий.
В зените злобы век уродский.
В почёте штык и ледоруб,
И не до нобелевских труб.


Но, тёзку с пьедестала сбросив,
В другом году другой Иосиф,
Очнувшись в чердынском плену,
Почуял под собой страну —


От камского дебаркадера
До ледоруба Меркадера,
От Чёрной речки до Второй,
Такой же чёрной и сырой.


А Чердынь там или Воронеж,
Иль сруб, где звука не проронишь —
Не всё ли ссыльному равно —
Уж всё заверчено давно.



Памяти Анны Ахматовой


Только Волкова поля солома
Да воронежской воли холмы…
У решетки Фонтанного Дома,
У ворот пересыльной тюрьмы


В чёрный год прорыдавшая в голос
Самый скорбный из плачей Невы…
Но по воле Господней и волос
С драгоценной не пал головы.


Внучка Пушкина, правнучка Данта,
Слышу голос провидческий твой,
Вознесённая чудом таланта
Над Невой, над страной, над судьбой.


…Лишь молчанья горчайшая мука,
Залетейских отрава полей,
Выпьет душу. Ни слова, ни звука
Не забудется в песне твоей.



Мать Мария


Памяти Елизаветы Кузьминой-Караваевой


Кем была ты – синицей? черницей?
Голубицей под Божьей десницей?


Чем ты стала – водою? капелью?
Вифлеемской звездой над купелью?


Умирать никому не привычно,
Остальное обычно, обычно…


Но отвергнул покровы земные
Дух твой скорбный и стих твой, Мария,


То волною, то ветром несомый,
Как синичье перо, невесомый.


8 - 12 октября 1974



Над крышами Парижа


Кто -- прыгнет с парашютом,
Кто -- просто выше крыш...
Вишу себе, вишу там,
А подо мной -- Париж,


Где некогда гуляли
Гонкуры и Дюма,
А в эти не Золя ли
Заглядывал дома?..


Всех заключить в объятья
Лечу во весь карьер,
Пока все люди -- братья
Люмьер иль Монгольфьер,


Пока не распростился
С "Ротондой" Пикассо,
Пока не удалился
В Марсель -- Марсель Марсо.


Бульвары и фонтаны
Играют в бильбоке
С каштанами Монтана,
С корабликом Марке.


Я прыгнул с парашютом,
Я -- в небе выше крыш...
Вишу себе, вишу там
А подо мной -- Париж.


21 - 22 января 2012, 5 июня 2017



Умозрение в красках


Наталии Прозоровой


Григория провижу в Ниссе я,
А мученика нимб Стефана --
Сквозь невесомость Дионисия
И раны сердца Феофана –

И в Троице рублёвской зрим: она
Таит, в молчанье впав благое,
И крылья чёрные у Симона
И тело скорбное нагое

Спасителя, за нас распятого,
С иконы дивной новгородской,
Навек от глаз людских запрятанной
В тьмутаракани беловодской.


В живой доподлинности иверской
Являешь с лёгкостью чудесной
Казанской, Тихвинской, Владимирской
Царицы лик ты нам небесной.


Тверской ли, костромской ли, невельский
С тобой к нам снизойдёт Мессия
Иль Спас Нерукотворный ревельский
От патриарха Алексия,


А с ними – и епископ туровский
Из мастерской твоей московской,
И страстотерпец юный муромский,
И чудотворец наш саровский.


И в их молитвенном стоянии,
В подвижничестве их великом –
Живое разлито сияние
Над каждым чудотворным ликом.


Бесплотных ангелов парение,
Горенье пламенного духа:
Всё это в красках умозрение
Очам – как музыка для слуха.


И всех прозрений мощь евангельских,
Вся горечь гефсиманских истин –
Вновь под покровом крыл архангельских
Подвластны чудотворной кисти.


И в дымке предрассветной тающей
Яви ж, взяв охру и белила,
Ты лик победный нам сияющий
Архистратига Михаила.


10 – 12, 14 – 17, 19 января 2017




Умозрение в красках – название книги об иконописи философа Евгения Трубецкого.
Наталия Прозорова – современная иконописица.
Григорий – святитель Григорий Нисский.
Феофан -- Феофан Грек.
Симон – Симон Ушаков. У одного из ангелов его Троицы – чёрные крылья.
Епископ туровский – святитель Кирилл Туровский.
Страстотерпец юный муромский – святой благоверный князь Глеб Муромский.
Чудотворец наш саровский – Серафим Саровский.



Другие статьи в литературном дневнике: