Цыганский романс А. Галич

Николай Клешнин: литературный дневник

Повстречала девчонка Бога,
Бог пил горькую в монопольке,
Ну, и много ль от Бога прока,
В чертовне и чаду попойки?
Ах, как пилось к полночи!
Как в башке гудело,
Как цыгане, сволочи,
Пели "Конавэлла"!


"Ай да Конавэлла, гран традела",
Ай да йорысака палалховела"!


А девчонка сидела с Богом,
К Богу фасом, а к прочим боком,
Ей домой бы бежать к папане,
А она чокается шампанью.
Ай елки-мочалочки,
Сладко вина пьются
В серебряной чарочке
На золотом блюдце!


Кому чару пить?! Кому здраву быть?!
Королевичу Александровичу!


С самоваров к чертям полуда,
Чад летал над столами сотью,
А в четвертом часу под утро,
Бог последнюю кинул сотню...


Бога, пьяного в дугу,
Все теперь цукали,
И цыгане - ни гу-гу,
Разбрелись цыгане,
И друзья, допив до дна, -
Скатертью дорога!
Лишь девчонка та одна
Не бросала Бога.


А девчонка эта с Охты,
И глаза у ней цвета охры,
Ждет маманя свою кровинку,
А она с богом сидит в обнимку.


И надменный половой
Шваркал мокрой тряпкой,
Бог с поникшей головой
Горбил плечи зябко.
И просил у цыган хоть слова,
Хоть немножечко, хоть чуть слышно,
А в ответ ему-жбан рассола:
Понимай, мол, что время вышло!


Вместо водочки - вода,
Вместо пива - пена!...
И девчоночка тогда
тоненько запела:


"Ай да Конавелла, гран-традела,
Ай да йорысака палалховела..."


Ах, как пела девчонка Богу!
И про поле и про дорогу,
И про сумерки и про зори,
И про милых, ушедших в море,


Ах, как пела девчонка Богу!
Ах, как пела девчонка Блоку!
И не знала она, не знала,
Что бессмертной в то утро стала.


Этот тоненький голос в трактирном чаду
Будет вечно звенеть в "Соловьином саду".


1966



Другие статьи в литературном дневнике: