На еврейском кладбище «Россия»
западёт тоской скрип колеса.
В сто слоёв уложены мессии.
У ворон собачие глаза.
Долгим криком лагерной «кукушки»
пой моя довлатовщина, ной.
Ушки на макушке – все мы чушки,
все мы бой, барачный перегной.
Тьма уродов в тысячу народов.
Вой, Святая – строили века.
И из сумасбродов в нищеброды,
птицей-гойкой – в койку Губчека.
Скрипки нет. Лиса подохла в яме.
От Дербента фронт – иранский гром.
Вся земля затоплена слезами
в этот красносотенный погром.
В алые замотанная стяги,
кожаные куртки кр;ст на кр;ст.
Это счастье только на бумаге.
Эта воля – трупов Эверест.
Кислый хлеб. Стакан палёной водки.
Над конфеткой поминальный птах.
Пальцами, пропахшими селёдкой,
память мнёт засохший земелах
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
