"Под животом моста...Мы пили с ней вино...могли бы лет до ста мы целоваться, но...краток речной маршрут...кончилась Хванчкара...если нигде не ждут...пора..." - Митяев.
Он пел, а я плакала... Просто потому, что все о чем он пел -не про меня... И уже не будет про меня...Потому что это не я брожу по полям Белогория, не я жду дома кого-то...Не я царствую в Непале, с горящим сердцем оставив любимого в Питере...
Не я...не я...не я...
Слезы эти были о сотнях жизней, которые я не прожила, и, если не верить в перерождение. не проживу...
О тех людях, которых не успела встретить...о тех днях, что не случились...О тех ночах, что провела в обнимку с плюшевым медведем...
Обо всем...и сразу... Умеет Митяев так петь...что самое спрятанное, самое сокровенное выплывает и колет тебя...и тут ты беззащитна, потому что ведь это же самое сокровенное...которое от самого себя спрятать нельзя. И притвориться перед собой невозможно...
А глаза у него были уставшие и заморенные...Но человеческие...добрые...искренние...
При полном зале странных не подходящих под все эти песни и эту искренность людей, он пел только для тех, кто мог услышать.
Я слушала возможности...я слушала параллельности...я слушала другие измерения...а не просто тексты под прекрасно настроенные гитары.
Вышла на сцену, подарила цветы. Увидела его глаза близко-близко...И в них всё вот это, о чем написала выше... он сказал: Спасибо...И поцеловал меня в щечку.
Не коснулся щеки щекой...А поцеловал.
Я знала почти все тексты наизусть и про себя повторяла их за ним...И это усиливало впечатления...
Это был хороший вечер. Настоящий. один из немногих, когда я посмотрела в себя и мне не было страшно.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
