когда была последняя сирена,
то к нам в подвал зашла одна семья.
шесть человек...
наверное гуляли
неподолёку.
всё-таки - шаббат.
услышали сирену и зашли.
две девушки в, до щиколоток, платьях,
с затянутыми в узел на затылках
каштановыми прядями.
похожи
на барышень...
им нА руки младенцев -
и каждая из них могла бы быть...
моделью быть к картине Леонардо.
два пацана, лет где-то девяти,
с распущеными пейсами до плеч,
с висящящей из-под праздничных рубашек
плетёной ритуальной бахромой.
мать и отец - лет сорока пяти.
«фашисты» в кипах вязаных,
как пишут
о них в фейсбуках интеллектуалы,
поставив пустоту свою на службу,
над Моцартoм рыдающему, злу.
бабахнуло.
прошло минут пятнадцать.
все стали расходиться, и они
в дверях сказали:
"мирной вам субботы".
и тоже вышли.
сын, поправив "Глок",
глядел на этих барышень, не мог
взгляд оторвать...
ну, дело молодое...
я поднялсЯ,
плеснул в лицо водою,
и развернув тетрадку на столе,
я записал, что "вот -
в одной земле,
Уц - имя ей,
один мужик, мой лепет
рифмованный услышав, мне сказал:
"осознанность - есть убеганье зла.
а мудрость есть - пред небесами трепет".
и я открыл окно.
свернул косяк.
налил вино.
и начал слушать, как
гудит земля, которую вручили
когда-то мне,
и как со мной на "ты"
летает дрозд-
скуластые черты
его четырёхбуквенны.
листы,
растений созданных из изумрудной пыли
подрагивали, и
пчела над ними
жила, как гений чистой правоты.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
