Александр Смогул

Александр Лазарев 2: литературный дневник

Имя это я знал...
Но не знаком был с творчеством.
А, познакомившись, принял поэта...
нет, не барда совсем – близкого поэта!



Мне жаль, что грозой не расколется лето.
Жаль дни – тополиной пурги не избыть им.
Уносит вагоны защитного цвета
В неясные дали по рельсовым нитям.

Вагоны уносит.
А мы остаёмся
Под мутным июньским невымытым небом.
И жизнь превращается в некую ёмкость,
Где меряют время зарплатой и хлебом.

Зажатый меж рамок чугунных событий,
Весь город дрожит от суставного хруста,
Без сил распрямиться в слежавшемся быте,
И чудится злая ухмылка Прокруста.


***


В тучных мхах соловьиной чащобы
С полонянкой в любовном бреду
Ты хотел бы проснуться? – Ещё бы,
Только как я туда попаду?

Выше крыши над отчей скворешней,
Точно див, озирающий всё,
Вознестись ты хотел бы? – Конечно.
Только кто же туда вознесёт?

Чище рая и низменней ада,
Принимая века и миры,
Ты хотел бы познанья? – Не надо.
Я боюсь этой чёрной дыры.


***


Ни ожидания, ни боли —
Лишь времени незримый бег,
Да белый дым над белым полем
Повис, как падающий снег.
Да этот горестный и древний,
Добра не знающий пейзаж
Насторожившейся деревни,
Слепой от пьянства и пропаж,
Где, как обугленные раны,
Средь изб неся нелёгкий груз,
Ждут обезглавленные храмы
Мессию, что забыл про Русь.

* * *

Всё меняется: мир и война.
Говорят, что давно в Израиле
Бог так часто менял имена,
Что и как обращаться – забыли.
Всё меняется. Мчишь впопыхах,
Рвёшь нутро всякой твари на милость...
Ты о чём там рыдал? О стихах?
Ты напрасно рыдал. Получилось.
Всё меняется. Как ни зови,
В пантеоне богинь не хватает.
Ты о чём там рыдал? О любви?
Не беда. Из неё вырастают.
Всё меняется. На вираже
Не осмыслить вселенских пределов.
Ты о чём там рыдал? О душе?
И она отлетает от тела.
Что же нам остаётся в тщете?
Только тело до собственной тризны,
Только морок мечты о мечте,
Только родина с рожей Отчизны.

* * *

Погостам молюсь и церквам,
Застыв в поклоненье.
Лес, листья прижавший к ветвям,
Как уши оленьи,
Внимает напеву веков –
Смесь ухарства с грустью,
И жизнь от забытых верхов
К неясному устью
Равнинной рекою несёт
По пойменной стати
Событий предъявленный счёт,
Что мы не оплатим.
Как чудно, как чутко, как зло
Мгновенье прозренья!
Неужто судьбы ремесло –
Мятеж и презренье?
Неужто извечный полон
Восторга и страха
Затем лишь, чтоб грудь под крестом
Смирила рубаха.
И весь этот каторжный бой
Души и рассудка
Однажды случится золой
В пустыне сосуда?
И грубое жизни рядно
Затем лишь, чтоб просто
Понять, что нетленно одно:
Церква да погосты.




Другие статьи в литературном дневнике:

  • 02.11.2026. Александр Смогул