В двадцать вторыхПо выходным я просто высыпаюсь и занимаюсь домом, мне тоже нужно успевать делать это... Но когда их больше двух подряд, я иногда попадаю в комнату одиночества. Да, в мире есть несколько людей, с которыми время от времени можно откровенно поговорить. Чего же мне еще не хватает? Наверное, я незаметно начала бояться, что так и постарею, не успев реализовать ни одной мечты. Но маленькие мечты (большие, сложноосуществимые и даже дорогие) почти не в счет. А вот как насчет того, что постоянно фоном живет внутри и очень точечно колет своим булавочным острием, когда зима затягивается так надолго, что елку не убираешь до самого марта?.. Весной это тоже никуда не денется, потому что весной тоже трудно быть одной. По-другому совсем, чем зимой, но даже еще более остро... Потом будет лето. Их вообще отсчитывает какой-то тайный метроном. Лето будет без моря, без объятий и платья снова будет не для кого носить. Но каждое лето ведь единственное, чем больше их с детства, тем больше хочется успеть еще поносить все эти никому ненужные платья...Потом наступит осень, и от невозможности спрятаться ни в чье тепло начнутся поиски уюта в старых голливудских фильмах, где все когда-то просто красивые мужчины и женщины уже очевидно моложе меня. Это же не просить себе Эйфелеву башню! Даже не билет на вечную Кубу... У человека не может никого не быть целыми месяцами и годами для разговора, за который не нужно извиняться (хотя бы мысленно), потому что понимаешь, что у всех на свете хватает других дел... Еще пару лет назад я буквально выламывала двери в Небесную канцелярию и требовала в слезах, убедительно аргументируя это тем, что я, наконец, хотя бы еще красива. Но потом поняла, что и так не работает... Я все еще не нашла свое второе крыло. И модные предложения отрастить его самостоятельно изо всех утюгов – просто пошлость, но миру, в целом, простительная.
© Copyright: Ксения Гильман, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
