Ты разбуди меня, но не здесь, не здесь.
Не заслоняй мне свет, как дурная весть,
словом "война", его нарративом чёрным.
Я доверяю только цветам и пчёлам.
Я не в ответе за мировую гниль.
"Где мои дети?" – снова кричит Рахиль.
В левом крыле, за лифтом, её палата.
Кто эти люди в белом – врачи, враги ль?
Вот мои дети: донник, ромашка, мята.
Кровь со щеки успела ещё стереть
правой рукой. Сказали: осталась треть.
В хитром сплетенье длинных шнуров и трубок –
не подходи, не смей на меня смотреть! –
жалкий скулит обрубок.
Там разбуди, где воздух с утра стеклит
узкие окна меж розоватых плит.
Вот я сижу на ветке ольхи, болтая
тем, чего нет, и тем, чего нет, машу
тем, кого нет. Шмели расшивают шум,
то расходясь, то сталкиваясь бортами.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
