http://stihi.ru/2025/07/24/5296
Я, как всегда, виновна в нелюбви.
И нет прощенья мне, хотя заранее
предупреждали всех стихи мои,
мол, не люблю. Явите сострадание,
собратья и сосёстры по перу!
Ну нет во мне горения и трепета,
и я от огорченья не умру,
когда всё скопом глупым детским лепетом
маститый критик сходу назовёт,
не прочитав и самой малой толики.
Понятно, здесь в чести иной народ,
куда ни плюнь — творцы и алкоголики.
Я среди них, что тот урод в семье.
В бесстишии, сама себе нелю;бая.
Всё – хмарь и сырость в лирике моей.
Не кружева, рядно; плетенья грубого.
И что теперь? Рыдая, убежать?
Порвать блокноты, сжечь листы тетрадные
в отсутствии любви? Бумагу жаль,
она терпела глупые, нескладные
вопросы и ответы, смех и плач.
За что же ей такое наказание?
Ведь коль сама преступник и палач,
себя и жги. В чужие села сани я.
С тех пор несусь, куда глядят глаза,
в кромешной тьме. Порою озадаченно замру: — Гремит.... Надеюсь, что гроза.
Бессонницей стихи с лихвой оплачены.
В глухой ночи — где чёртов карандаш?–
черкаю торопливо и горячечно,
надеясь, что душевный раскардаш
за частоколом слов надёжно спрячется.
И не надейся! Ворона черней
врывается... взрывается... ВЗРЫВАЕТСЯ!!!
ВСЁ – НЕЛЮБОВЬ! Война всегда о ней.
А я вот-вот умру, и стану аистом...
От грохота закладывает душу мне.
Давай, скажи дурёхе, визави,
как жизнь назвать, что вдребезги разрушена?
Быть может, храмом?
Спасом на Крови.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
