Веталий Ревякин# Рецензия на поэзию Виталия Ревякина Виталий Ревякин — самарский поэт, автор четырёх сборников («Осенняя прохлада», «Земля Русколани», «Осколок Родины моей», «Целый Мир в моих ладонях»), чьи стихи опубликованы более чем в 840 произведениях на «Стихи.ру» и других площадках. Его поэзия — это разговор земли и человека: волжских просторов, самарских берегов, русской истории и личной судьбы, неразрывно связанных друг с другом. (https://stihi.ru/avtor/revalvita&book=2) ## Темы и настроения Тематический диапазон Ревякина широк: пейзажная и философская лирика, гражданские стихи, посвящения поэтам, исторические размышления, юмор и даже палиндромы. Но сквозная линия — **родина как живое, дышащее существо**, не абстрактный символ, а конкретная земля с именем: Жигули, Кондурча, Ширяево, Красный Яр, посёлок Мирный. Лучшие стихи Ревякина возникают там, где личное переживание встречается с историческим контекстом. Стихотворение «На крыльце Ширяевского дома» начинается как пейзажная зарисовка, но быстро перерастает в размышление о природе поэтического творчества — «стихи средь таинства сложенья / Вдохновенья и мгновенья лет». Волга здесь не фон, а участник диалога: «Между нами связь, как у парома — / Берега и Волги глубина». (https://vk.ru/wall-198111339_474) ## Пейзажная лирика: осень как стихия Осень — ключевая пора для Ревякина. Он сам acknowledges эту связь: «Я осенью родился / И я по ней иду». Стихотворение «В гостях у Пастернака», написанное в Переделкино, — пожалуй, одно из самых цельных его произведений: > Не задёрнуты гардины Здесь нет парадной декламации. Сквозняк, пустой стол, упавший с клёна лист — всё работает на тихую, щемящую ноту. «На душе светло и грустно / Перед бездной вечной прорвы» — строчка, которая держится на точном контрасте «светло» и «грустно», и на этом парадоксе строится всё стихотворение. Финал — «Лист в окне, упавший с клёна, / Сочинит стихи про осень» — изящный приём: поэт уступает место природе, и природа сама становится автором. ## Гражданская и историческая лирика: голос земли Стихотворение «Земля Русколани», давшее название второму сборнику, — программное для Ревякина. Оно построено на архаике: «Русколань», «росы», «русичи», «витязь правды былинной». Поэт обращается к доисторическим корням, пытаясь связать скифско-сарматское наследие с современной идентичностью. Здесь чувствуется искренность, но местами;; пафосная декламация («Кровь, проливши за русских Богов…») снижает художественную силу — образы становятся слишком прямолинейными, риторика подменяет поэзию. (https://stihi.ru/2008/03/07/3616) Сильнее — стихи, где история проступает не через декларацию, а через конкретную деталь. «Ехал Пушкин в Оренбург» — длинное историческое полотно, где Ревякин прослеживает маршрут пушкинской поездки через Самарское Поволжье и связывает его с посёлком Мирный, в котором живёт. Стихотворение перенасыщено фактами и порой сбивается на стихотворный пересказ исторической справки, но в нём есть живое чувство — пушкинское присутствие как реальное, физическое: «Где присел в кустах поэт / Там возник посёлок Мирный». (https://vk.com/wall-34601212_5489) «Блокадница» — стихотворение о детях блокадного Ленинграда, написанное после просмотра телевизионных передач. Оно трогает не изысканностью формы, а эмоциональной честностью. Ревякин здесь не пытается быть «над темой» — он пишет как человек, которому больно, и эта непосредственность © Copyright: Андрей Иванович Долгов, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
