Диалоги с внутренним демоном. Рифмованная хрень— Пиши рифмованную хрень! — брызгая слюной, требует от меня внутренний демон. Он мечется внутри черепной коробки, задевая крыльями седые своды висков. — Многие так делают и становятся известными! Вон, на Маленко посмотри, яркий пример! — Но у него же есть хорошие, красивые стихи, наполненные глубоким смыслом! — не поддаюсь я на провокацию, глядя на белый лист планшета. — И что? У тебя тоже такие есть! Сидишь над ними, вылизываешь каждую строчку, а толку? Но у него-то и рифмованная хрень имеется, а у тебя нет ни одной! Ни единой проходной строчки ради лайка. И поэтому он известный поэт с тысячами подписчиков, а ты — никто, пишущий в стол. Зуб даю, в этом всё дело! Людям нравится читать рифмованную хрень, делать умный вид и рассуждать о глубоких аллюзиях, заложенных в этой банальной хрени… Это социальный контракт читателя и автора: один делает вид, что зашифровал послание, другой — что его разгадал. — Да полно тебе, — пытаюсь урезонить его. — Ты разве забыл, как мы с тобой вместе восхищались его образами? Помнишь эти лодки - дятлы долбящие берег? — Помню, — обиженно бурчит он уже тише, съёживаясь в размерах. — А стихотворение про Микеланджело и Дионисия? ...Лука с Иваном Грызли лук и глотали чай... — Да… Моё любимое, — мечтательно улыбается он, расправляя помятые крылья. — Там ещё эти гениальные строки про ... запечатлел он заживо подлетающих мертвецов... Мы тогда всю ночь не спали, перечитывали… — А ты мне тут про какую-то херню болтаешь, отвлекаешь. Я хочу написать так же — просто, честно и навсегда. — Ну он же… Сам же… — чуть не плача, причитает окончательно расстроившийся демон. И тут по его щеке скатывается слеза и капает на экран планшета. — Ему можно! Он мастер! Ему позволено спускаться со своего Парнаса и писать глупости, а нам нужно карабкаться вверх из грязи, доказывая право на каждый вдох! Если напишу такую чушь я, нас просто поднимут на смех. Назовут графоманом. Забанят в комментариях. — Уже забанили, — напоминает плачущий демон, — вот зачем ты разместил в комментарии к его стихотворению своё, а? — Хватит ныть, — пропускаю мимо внимания его упрек. — Может, он пьяный был, когда херню писал. Или голова болела после бессонной ночи, вот и написалось левой пяткой. Просто он уже сделал себе имя на десятке настоящих шедевров, собрал своих читателей. Теперь любые его стихи воспринимаются публикой как великие творения авансом. Читатель встречает по обложке и заранее наделяет текст глубиной, которой там может и не быть. Это кредит доверия. Ну, не Пушкин и Ко, конечно, но всё же. Ему прощают слабость, а нас пока не за что прощать. Ещё ни одной книги не издали. Нас просто не существует для читателя. — Ладно. Раз уж сегодня вечер рифмованной хрени отменяется… Бери в руки планшет, напишем хотя бы пару строф очередного сонета. Глядишь и заметят. © Copyright: Александр Лычагин, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
