Свет и кровь к сентябрю изменили состав,
Абрикосовый сок затекает в рукав,
Облака придвигаются, уши прижав,
Небосклон, в основном, благосклонен.
– Ты же знаешь, Тебе мы послушны во всем,
Дай нам рыбу, мы сами ее понесем,
Ничего, не боись, не уроним.
Зло со всех четырех наступает сторон,
Ты же знаешь, что имя ему – легион.
Море все ещё теплое, будто бульон,
Так приятно, что ходишь разутым.
Мой отец обожал вечереющий пляж.
Дай помочь Тебе с хлебом! И с хлебом не дашь?
Тяжело всё нести одному-то.
Ты же знаешь, буквально повсюду враги,
Пожалей себя, Господи, побереги!
Ты же видишь: не меньше, чем наши долги,
Нас терзает надежда на чудо.
Все пророчества кроет один некролог.
Я бы спрятал Тебя, Боже мой, если б мог,
Или сам бы уехал отсюда.
Этот груз слишком трудно нести одному,
Тебя могут схватить и отправить в тюрьму,
Отравить по приказу не знаю чьему,
Я боюсь, будет боль нестерпима.
Он глядит на знакомый безрадостный вид.
"Отойди от Меня, сатана", – говорит.
И уходит к Иерусалиму.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
