Игорь Приклонский
* * *
Доброго.
Вы ищите здесь стихи? Здесь их нет.
И никогда не было.
За стихами туда, на главную.
Удачи.
* * *
Наверное, это покажется старомодно-смешным, но для меня нет в человечестве звания больше, чем поэт, выше, чем поэт, нужнее людям, чем поэт. В стихах я иногда называю себя поэтом, когда мне это необходимо, чтобы через это название выразить какую-то важную мысль. Но только в стихах и только когда это нужно. В жизни — никогда, даже мысленно, даже в мечтах — никогда. И мне странно, как это можно сказать о себе: я — поэт. А ведь говорят, не боятся. Это же все равно, что сказать: я — герой или я — преступник. Или даже страшнее: сказать так — это посягнуть на тайну, назвать словом то, для чего нет в языке слов, что не должно и не может быть названо. Поэт — это же не занятие, не профессия, это не то, что ты выбрал, а то, что тебя избрало, это призвание, это судьба, это тайна. И зачем поэт, зачем стихи, если они не о Главном, если после них в мире не прибавится хоть на капельку доброты и любви, а жизнь не станет хоть чуть-чуть одухотвореннее и гармоничнее? Не знаю, как пишут другие. Для меня процесс писания — это тайна. «Ни дня без строчки» — не мой девиз. Я люблю говорить, что Бог поэтов — не церковный Бог. Не я пишу стихи — мне кто-то их диктует.
Когда мы читаем великую прозу, мы можем и не думать об ее авторе. Читая ее, мы любим не автора, а героя — Дон Кихота, Тиля Уленшпигеля, Наташу Ростову, Алешу Карамазова. У лирического поэта герой — сам автор, сам поэт. Это его мы любим, и он должен быть достоин нашей любви. Он должен быть похож на свои стихи, он и в жизни обязан совпадать с тем образом любимого поэта, который сложился у читателя-друга. И горе и беда, если не похож, если не совпадает: тогда он не поэт, а самозванец и обманщик, и читатель рано или поздно поймет это и уже не поверит ему.
Вот почему поэту труднее, тяжелее, ответственнее, чем прозаику или любому другому художнику: его стихи, его творчество должны подкрепляться биографией, жизнью, судьбой. Но и легче, но и радостнее: ничего не надо придумывать, ничего не надо сочинять, и в самом писании стихов уже награда, уже праздник. Если стих пойдет — он пойдет, если его нет — его ничто не заставит быть.
Дело в том, что поэзию никогда не будет любить большое количество народу... Поэзия нужна тем, кто без нее не может жить. Таких людей всегда будет очень и очень мало — во все времена. И сейчас я думаю: слава Богу, что это так. Было бы ужасно, если бы поэзию любили, как футбол или песни Аллы Пугачевой. Поэзию не должны любить многие люди, это было бы обидно и неестественно. Я глубоко убежден в том, что людей, по-настоящему любящих поэзию, гораздо меньше, чем людей, пишущих стихи и издающих книжки... Люди, которым нужны были мои стихи, знали меня и в прошлые времена. Я не могу обижаться на жизнь. И не думаю: вот выйдет моя книжка — и сразу что-то изменится, меня узнают, примут и полюбят тысячи людей — нет, не будет такого чуда. Я, в моем возрасте, все об этом знаю, смею вас уверить. В этом смысле ничего не изменится.
Борис Чичибабин
* * *
Если вам требуются искусство и литература, то вы должны почитать греков. Ведь для того, чтобы родилось истинное искусство, совершенно необходим рабовладельческий строй. У древних греков рабы возделывали поля, готовили пищу и гребли на галерах - в то время как горожане предавались стихосложению и упражнениям в математике под средиземноморским солнцем. И это было искусство.
А какой текст может написать человек, посреди ночи роющийся в холодильнике на спящей кухне? Только вот такой и может.
Это я о себе.
Харуки Мураками
* * *
КАРЕЛ ЧАПЕК
С точки зрения кошки
Перевод Д. Горбова и Б. Заходера
Вот - мой человек. Я его не боюсь. Он очень сильный, потому что очень много ест; он - Всеядный. Что ты жрешь? Дай мне!
Он некрасив, потому что без шерсти. У него мало слюней, и ему приходится умываться водой. Мяучит он грубо и слишком много. Иногда со сна мурлычет.
Открой мне дверь!
Не понимаю, отчего он стал Хозяином: может, сожрал что-нибудь необыкновенное.
Он содержит в чистоте мои комнаты.
Он берет в лапку острый черный коготь и царапает им по белым листам.
Ни во что больше играть он не умеет. Спит ночью, а не днем; в темноте ничего не видит; не знает никаких удовольствий: не жаждет крови, не мечтает об охоте и драке, не поет, разнежившись.
Часто ночью, когда я слышу таинственные, волшебные голоса, когда вижу, как все оживает во тьме, он сидит за столом и, наклонив голову, царапает, царапает своим черным коготком по белым листам.
Не воображай, будто я думаю о тебе; я только слушаю тихое шуршание твоего когтя. Иногда шуршание затихает: жалкий глупец не в силах придумать никакой другой игры, и мне становится жаль его, я - уж так и быть! - подойду к нему и тихонько мяукну в мучительно-сладкой истоме.
Тут мой Человек поднимет меня и погрузит свое теплое лицо в мою шерсть. В такие минуты в нем на мгновение бывает заметен некоторый проблеск высшей жизни, и он, блаженно вздохнув, мурлычет что-то почти приятное.
Но не воображай, будто я думаю о тебе. Ты меня согрел, и я пойду опять слушать голоса ночи.
1919
* * *
There's a starman, waiting in the sky,
He’d like to come and meet us,
But he thinks he'd blow our minds…
David Bowie
* * *
Вы не взяли от квартиры ключа,
Не оставили письмо на трюмо...
До свидания, стихи, в добрый час,
Я вам больше не сумею помочь...
Извините непрактичность мою -
Отпускаю, как пришли, в неглиже.
Уходите, я за вас не боюсь -
Чай не маленькие дети уже...
Пожелаю вам в дорогу добра,
Не серчайте на скупые слова.
Если помнят вас - так я буду рад,
А не помнят - так о чём горевать?
Прорастали, как трава по весне,
Умирали, оставаясь в живых -
Через скуку, через боль, через снег,
Не боялись ни стыда, ни молвы...
Не насиловал, не гнал, не душил,
Не велел маршировать под кнутом...
Я вас просто отрывал от души,
Не сердитесь на меня, если что -
Что порою говорил сгоряча,
Что не дал вам ни еды, ни монет...
До свидания, стихи, в добрый час,
Вспоминайте иногда обо мне...
И.П.
* * *
музыкальнaя вэб-страничкa:
http://music.lib.ru/i/igorx_p/
* * *
Очень признателен всем авторам иллюстраций, взятых из интернета.
Извините, что беру без спроса!
* * *
Hоминирован на соискание национальной литературной премии «Поэт года» 2023.
Но не смогу из-за санкций. Не могу перевести в Россию деньги за публикации в альманахах.
Спасибо, Стихира!
* * *
Доброго.
Вы ищите здесь стихи? Здесь их нет.
И никогда не было.
За стихами туда, на главную.
Удачи.
* * *
Наверное, это покажется старомодно-смешным, но для меня нет в человечестве звания больше, чем поэт, выше, чем поэт, нужнее людям, чем поэт. В стихах я иногда называю себя поэтом, когда мне это необходимо, чтобы через это название выразить какую-то важную мысль. Но только в стихах и только когда это нужно. В жизни — никогда, даже мысленно, даже в мечтах — никогда. И мне странно, как это можно сказать о себе: я — поэт. А ведь говорят, не боятся. Это же все равно, что сказать: я — герой или я — преступник. Или даже страшнее: сказать так — это посягнуть на тайну, назвать словом то, для чего нет в языке слов, что не должно и не может быть названо. Поэт — это же не занятие, не профессия, это не то, что ты выбрал, а то, что тебя избрало, это призвание, это судьба, это тайна. И зачем поэт, зачем стихи, если они не о Главном, если после них в мире не прибавится хоть на капельку доброты и любви, а жизнь не станет хоть чуть-чуть одухотвореннее и гармоничнее? Не знаю, как пишут другие. Для меня процесс писания — это тайна. «Ни дня без строчки» — не мой девиз. Я люблю говорить, что Бог поэтов — не церковный Бог. Не я пишу стихи — мне кто-то их диктует.
Когда мы читаем великую прозу, мы можем и не думать об ее авторе. Читая ее, мы любим не автора, а героя — Дон Кихота, Тиля Уленшпигеля, Наташу Ростову, Алешу Карамазова. У лирического поэта герой — сам автор, сам поэт. Это его мы любим, и он должен быть достоин нашей любви. Он должен быть похож на свои стихи, он и в жизни обязан совпадать с тем образом любимого поэта, который сложился у читателя-друга. И горе и беда, если не похож, если не совпадает: тогда он не поэт, а самозванец и обманщик, и читатель рано или поздно поймет это и уже не поверит ему.
Вот почему поэту труднее, тяжелее, ответственнее, чем прозаику или любому другому художнику: его стихи, его творчество должны подкрепляться биографией, жизнью, судьбой. Но и легче, но и радостнее: ничего не надо придумывать, ничего не надо сочинять, и в самом писании стихов уже награда, уже праздник. Если стих пойдет — он пойдет, если его нет — его ничто не заставит быть.
Дело в том, что поэзию никогда не будет любить большое количество народу... Поэзия нужна тем, кто без нее не может жить. Таких людей всегда будет очень и очень мало — во все времена. И сейчас я думаю: слава Богу, что это так. Было бы ужасно, если бы поэзию любили, как футбол или песни Аллы Пугачевой. Поэзию не должны любить многие люди, это было бы обидно и неестественно. Я глубоко убежден в том, что людей, по-настоящему любящих поэзию, гораздо меньше, чем людей, пишущих стихи и издающих книжки... Люди, которым нужны были мои стихи, знали меня и в прошлые времена. Я не могу обижаться на жизнь. И не думаю: вот выйдет моя книжка — и сразу что-то изменится, меня узнают, примут и полюбят тысячи людей — нет, не будет такого чуда. Я, в моем возрасте, все об этом знаю, смею вас уверить. В этом смысле ничего не изменится.
Борис Чичибабин
* * *
Если вам требуются искусство и литература, то вы должны почитать греков. Ведь для того, чтобы родилось истинное искусство, совершенно необходим рабовладельческий строй. У древних греков рабы возделывали поля, готовили пищу и гребли на галерах - в то время как горожане предавались стихосложению и упражнениям в математике под средиземноморским солнцем. И это было искусство.
А какой текст может написать человек, посреди ночи роющийся в холодильнике на спящей кухне? Только вот такой и может.
Это я о себе.
Харуки Мураками
* * *
КАРЕЛ ЧАПЕК
С точки зрения кошки
Перевод Д. Горбова и Б. Заходера
Вот - мой человек. Я его не боюсь. Он очень сильный, потому что очень много ест; он - Всеядный. Что ты жрешь? Дай мне!
Он некрасив, потому что без шерсти. У него мало слюней, и ему приходится умываться водой. Мяучит он грубо и слишком много. Иногда со сна мурлычет.
Открой мне дверь!
Не понимаю, отчего он стал Хозяином: может, сожрал что-нибудь необыкновенное.
Он содержит в чистоте мои комнаты.
Он берет в лапку острый черный коготь и царапает им по белым листам.
Ни во что больше играть он не умеет. Спит ночью, а не днем; в темноте ничего не видит; не знает никаких удовольствий: не жаждет крови, не мечтает об охоте и драке, не поет, разнежившись.
Часто ночью, когда я слышу таинственные, волшебные голоса, когда вижу, как все оживает во тьме, он сидит за столом и, наклонив голову, царапает, царапает своим черным коготком по белым листам.
Не воображай, будто я думаю о тебе; я только слушаю тихое шуршание твоего когтя. Иногда шуршание затихает: жалкий глупец не в силах придумать никакой другой игры, и мне становится жаль его, я - уж так и быть! - подойду к нему и тихонько мяукну в мучительно-сладкой истоме.
Тут мой Человек поднимет меня и погрузит свое теплое лицо в мою шерсть. В такие минуты в нем на мгновение бывает заметен некоторый проблеск высшей жизни, и он, блаженно вздохнув, мурлычет что-то почти приятное.
Но не воображай, будто я думаю о тебе. Ты меня согрел, и я пойду опять слушать голоса ночи.
1919
* * *
There's a starman, waiting in the sky,
He’d like to come and meet us,
But he thinks he'd blow our minds…
David Bowie
* * *
Вы не взяли от квартиры ключа,
Не оставили письмо на трюмо...
До свидания, стихи, в добрый час,
Я вам больше не сумею помочь...
Извините непрактичность мою -
Отпускаю, как пришли, в неглиже.
Уходите, я за вас не боюсь -
Чай не маленькие дети уже...
Пожелаю вам в дорогу добра,
Не серчайте на скупые слова.
Если помнят вас - так я буду рад,
А не помнят - так о чём горевать?
Прорастали, как трава по весне,
Умирали, оставаясь в живых -
Через скуку, через боль, через снег,
Не боялись ни стыда, ни молвы...
Не насиловал, не гнал, не душил,
Не велел маршировать под кнутом...
Я вас просто отрывал от души,
Не сердитесь на меня, если что -
Что порою говорил сгоряча,
Что не дал вам ни еды, ни монет...
До свидания, стихи, в добрый час,
Вспоминайте иногда обо мне...
И.П.
* * *
музыкальнaя вэб-страничкa:
http://music.lib.ru/i/igorx_p/
* * *
Очень признателен всем авторам иллюстраций, взятых из интернета.
Извините, что беру без спроса!
* * *
Hоминирован на соискание национальной литературной премии «Поэт года» 2023.
Но не смогу из-за санкций. Не могу перевести в Россию деньги за публикации в альманахах.
Спасибо, Стихира!
* * *
Произведений: 1328
Получено рецензий: 8046
Написано рецензий: 5904
Читателей: 224552
Произведения
Поздние письма (148)
Песни о главном (297)
Подождём под дождём (95)
Постскриптум (44)
Пельмешки (61)
Прилетай (42)
Пока ты спишь (30)
Поезд в облаках (31)
Пыльца (46)
Приятных снов! (38)
Подумай обо мне (32)
Погода для Несмеян (30)
По отдельным часам (30)
Прыгнуть с крыши (30)
По встречной полосе (30)
Прогнать синицу (30)
Полутени, полутоны (30)
Проза (3)
Приpучить тебя (29)
Служебный роман (3)
- Дикий - без рубрики, 22.04.2005 17:12
- Возвращение Дикого - без рубрики, 14.06.2005 02:15
Поманю тебя... (29)
Превышая скорость (33)
Короткие Письма (7)
Письма Осени (44)
Просто мысли вслух (43)
Перелётная птица (30)
Избранные авторы:
Алан, Алексей Порошин, Анжела Луженкова, Владимир Плющиков, Горькая Девочка, Елена Ломакина, Игорь Царев, Ксения Кирилюк, Мария Хамзина, Sterva, Tina, Суламита Занд