Ночной визит

Как он вошел, я не видал,
Беспечно за моим столом
Свечи при свете я писал
Лист поэтическим огнем.
(По мне, морозом и огнем.)

Я поднял от бумаги взгляд,
Но встретил взгляд его в ответ,
На нем бандитский был наряд,
Косуха, черный пистолет.
(Прикинь, реальный пистолет.)

Высокий, стройный и худой,
В углу стоял он предо мной,
Так скажем, не обычный гость
В глазах и ненависть и злость.
(В глазах и ненависть и злость).

Пришлец молча, я  смущен,
Но не испуган, я не стал,
Как фраер, спрашивать, кто он
Я сразу понял, что попал.
(Походу, правда я попал.)

Я медленно закрыл «Mac Book»,
Подальше мышку отложил
И начал терпеливо ждать,
Чтоб мрачный гость заговорил.
(За смысл прихода пояснил.)

И гость заговорил, едва
Цедя пацанские слова,
Очки от выпуклых бровей
Надвинув низко на зрачки,
На кисти жилистой руки,
Красавцы, сотни лагерей…
Он говорил:
— С тобою, мразь,
Покончить мне давно пора,
Я гений зла, кликуха Князь,
А ты нарезал тут бабла!

Пошел в extremites se touchent,
Я,  бля,  тебя живого съем,
И так и нес такую чушь
Почище всех моих поэм.
(Мои стихи — печали яд,
Зажог их мощью и огнем,
О них еще заговорят
В краю далеком, но родном,
Известно, я всегда любил
Литературу с малых лет
В моей груди, таяся, жил
Не «полупокер», а поэт,
По горлу я водил пером,
И в драках ножичком «писал»,
На тех судах, где Вор мелькал,
Воров я навещал тайком.
Конечно, друг мой, я червяк
В сравненьи с ними! Кое-как
Слагая свой бесцветный стих,
Я вряд ли дух речей людских
Сумел братве бы передать,
Но негде им искать других:
Ход опустел…Прогон затих,
Кавказ стал чахнуть и хромать…)

— Итак, вперед, — сказал, — вперед!
Валить чем будешь, вынимай! —
Рука сама пошла на взвод,
Хватил Князь этот через край.
(Пусть в рамках этих черных слов
Так бьет родник моих стихов?
Ну как вино из кубка бьет,
Кипя и пенясь через край…
Еще два слова? Если ты,
Скучая в зоне, милый друг,
Вкусил от мудрой суеты
Людских познаний и наук
И отрицать привык «чертей»,
Я помогу беде твоей.)

Не Вор стоял передо мной,
В прикид колеровый одет,
А сказка, а полночный бред,
Вертибутылкин, не блатной,
И тень подельницы моей
На штору вычурно легла,
Жена на звук моих речей
Неслышно в комнату вошла
На плач метели за окном,
Гудящей в сумраке ночном,
Добила из дробовика
Того ночного паука,
Совсем не даже «мужика»,
Таков конец сего стиха,
Я прав, концовка не плоха?