Лидия Шелест. Коломенский сонет
Она не знала, жив ли он. Не знала, вернётся ли. Не знала, доходят ли её письма. Но каждую ночь смотрела на Полярную звезду – ту, что не меняет положения, ту, что служит ориентиром для тех, кто потерял берег. Луна освещала скомканную страницу, ветер трепал ветви клёнов за окном, а она шептала вслух молитву-стих. Не в церкви, не в келье, а в своей комнате, где тикали часы, отмеряя дни, месяцы, годы.
«Где окончанье чёрной полосы?» – спрашивала она у ночи, но ответом ей была тишина, такая плотная, что слышно, как стучит сердце и тикают часы в детской. Она продолжала писать. Потому что поэзия стала для неё не искусством, а дыханием. Она писала мужу, хотя не знала, прочтёт ли он. Строки складывались, и в них было всё: хрупкость человеческого счастья, горечь разлуки, усталость от злобных взглядов. Но она продолжала ждать, ждать и надеяться. Разлучница-судьба была против них, и долгожданной встречи не случилось – Борис Башилов умер в Аргентине. Но её стихи стали мостом, соединяющим души через океан, через неизвестность.
.
Луна и шелест скомканной страницы
Подобно листьям в сумрачном саду.
Ночами одинокими не спится
И смотришь на Полярную звезду.
Осенний ветер треплет ветви клёнов,
И шепчешь вслух молитву-стих влюблённо.
А в детской тихо тикают часы.
Где окончанье чёрной полосы?
Так хочется смыть копоть злобных взглядов,
Открыть глаза – тебя увидеть рядом.
Но это только беспокойный сон,
И хрупкость человеческого счастья
В тумане скрылся ледокол «Седов»,
Твой поцелуй как тёплое причастье.
.
02.12.2025
Коломенский сонет 4-2-4-4. Схема рифмовки: AbAb_CC_ddEE_fJfJ
Свидетельство о публикации №126060806496