Холодное лето, бесчувствием утра смерзаюсь...

Холодное лето, бесчувствием утра смерзаюсь,
Опять этот ветер и веток измученных скрип,
Ну, что тебе нужно, ветрило, беспутный мерзавец,
Ломаешь деревья и воешь о чём-то в надрыв.

Шлёт утро мне письма, в листочках забыв о конвертах,
Срывая до срока с молоденьких тонких рябин,
Забытый этюд на оставленном мною мольберте,
На нём дремлет снег, не растаявший в складках ложбин.

Да, лето! Но утро и вечер всё так же  понуры,
И в них одинаково льющийся призрачный свет,
У солнца июньского, видимо, лопнули струны,
Лежит невостребованным в знойный полдень билет.

Ну, где же тот праздник души донельзЯ эйфоричный?
Опять непогода готовит на завтра пастель,
Пейзаж за окном, словно снимок невзрачный, вторичный,
И вторит ему опечаленной песней свирель.

А ночь, изогнув полумесяцем острый свой коготь,
Сбирает остатки тепла, заглянув в каждый дом,
Но я не позволю ей то сокровенное трогать,
Что душу мою осенило священным крестом.

С улыбкой взгляну на погоды сие изверженье,
На это хранилище грустных и долгих простуд,
Ему прочитаю слова о любви с выраженьем,
И тихою сапой июнь у неё отберу.

И снова задышат проспекты горячим асфальтом,
И зной потечёт, загоняя на пляжи людей,
И солнечный день удивит нас мелодией альта,
Закрыв перед хмарью свою золочёную дверь.