22 о любви, о любви к жизни

Опубликовано "Новая Литература", журнал, Москва.

* * *
Радостно пела она от счастья
Мне и себе. Я не обманываю.
А платье застёгнуто было настежь,
И я до сих пор постанываю,
Как на цепи ветер неправильный,
Дующий, вместо того чтобы петь.
Давайте цвести! Ведь уже проталины,
Ведь всегда так близко смерть...
Брильянты из глаз покатились быстро –
Это она передаёт мне привет.
А на груди её нежной дрожит монисто
Из одиннадцатикопеечных монет.
* * *

Вечер в чужой деревне

Ах, помню лето разлитое,
Дыханье вечера густое –
И полумрак, наш компаньон,
Раскрыл тебя со всех сторон.
Деревня спит, слепа, черна,
И фонари, и света слёзы,
Река не плещется, парна, –
И мы, смертельные две дозы.
О милая! О дорогая!
Мы имена – потом узнаем,
Потом, потом, когда-нибудь...
Ах, эти губки. Эта грудь!..
* * *




Мадригал

Ты. рукивбокая!
Ты, глазощурая!
Ты, канканногая!
Ты, небрежнофигурая!
Ты, безодногозубая!
Ты, натегубая!
Ты, на всё готовая!
ты. семнадцатидециметровая!
* * *

Светила полная луна.
Об этом слышал я когда-то.
Луна смотрела нагло на,
А я из принципа обратно.
Сидели девки у окна,
Состарились, меня забыли.
Укроп осыпан в семена –
Взойдёт весною лунной пылью.
Взошла! И полон сад луной.
Успели тысячи влюбиться.
Как звать тебя? В тебе одной
Мечтаю насмерть заблудиться...
Светила полная луна,
Рвала мне душу ожиданьем.
Один пришёл я на свиданье,
А где-то ты стоишь одна...
* * *

Бьётся в клетке слово Прощай,
На свободе летает Здравствуй,
Потянулось на юг слово Май,
Всё чирикает в стае Завтра,
Парит коршуном слово Уйди,
И Молчанье стоит на дороге.
На её обнажённой груди
Чей-то взгляд ищет проступи рёбер.
* * *





Когда я был ещё молод,
А девчонки были моложе меня, –
Холод, был жизни холод,
И не было пепла
И жизни огня.

Кто помнит прохладу аллеи?
Там ты обернулась на шаг:
В той яблоневой метели
Я шёл за тобою, твой маг.
Тяжёлые, низкие листья
Вплетались атласным венком.
Весь мир благородно выстыл,
Твой щит – такой бескорыстный! –
Я выстучал молотком.

Я всё ещё холодно молод,
Ты осталась моложе меня.
Я счастлив, что нежно приколот
Когда-то был у тебя.
* * *

4 сонета
1. Напрасная жизнь

Я хочу, чтоб ты меня убила,
Как любовника казнит царица.
Я хочу, чтоб ты голодной львицей
На меня смотрела и любила.
Чтобы ты меня потом забыла,
Как забудет клетку скоро птица,
Как душа забудет наши лица –
Чтоб душа уже не изменила.

Потеряю в небе не голубку –
В небе потеряю небо наше!
Смешаны с тобою в одной чаше
И разделим мы одну разлуку...
Но ведь ты мне жить прикажешь властно,
Не убьёшь – и я умру напраcно.
* * *


2. Роза на снегу (сонет)

Сакраментальное: "Я больше не могу!"
В моей душе живет больной занозой:
Уж скоро снег, а ты прекрасной розой
Вдруг на отцветшем расцвела лугу.

Скажи мне, как тебя я сберегу?
Предчувствую: идут на нас морозы.
Когда в моих глазах застынут слёзы,
Спасая розу, о весне я ей солгу.

Как хочется мне розовый цветок
Прижать к губам, согреть своим дыханьем –
И умереть! Но перед расставаньем
Кипящей страсти попросить глоток.

Любовь моя, как роза на снегу:
Ей холодно – я больше не могу!..
* * *

3. Встреча (сонет)

Твои глаза ужели я увидел?
И эти плечи, на которых чья-то тень...
А смолкший вечер наших деревень
Когда-то был так празднично-обыден.

Грядущий день – он ярок и завиден,
Как корень жизни, трав король женьшень.
Обвенчанных, нас раскидала сень,
И каждый день ужасно стал солиден.

О как хочу коснуться плеч твоих!
Во взгляде потонуть твоём отчаян, лих!
И паузу назначить до свиданья...

Вот так опять я встретил и д е а л,
Чтоб радовать мечтою мирозданье.
Как ты красива! Чёрт бы всё побрал!..
* * *





4. Именины любви (сонет)

Когда поэта вдохновение щадит,
Когда любовь – в другой картинной галерее, –
Пиши сонет! Он обмануть тебя сумеет,
И уж кулак твой, как в Испании, взлетит.
И вот огонь в глазах твоих горит,
Огонь любви! И уж все головни затлели,
И вспомнил нос весну, апрельские метели,
И уж какая-то раскутана лежит...
Пиши о ней сонет, рисуй с неё картины,
Но не буди любовь, когда ей снятся сны.
Она была, прошла, остались именины,
Тень лунная двоих на полотне стены:
Она – пред ним, молчит, и имя не сказала...
А стену понесли. В хранилище. Из зала.
* * *
Хозяйе собаки

Я тоже собака.
Смотрю на твоё горло.
Поцелуем
Хочу вырвать твою чужую жизнь.
Чтобы ты от смеха
Надо мной не мёрла,
Чтобы мы бенгальски зажглись.

Ты меня выгуливаешь.
Поводок крепкий.
Я культурный,
Не нюхаю других.
Всё, что я могу себе позволить, –
Это гламурный
Сочинить стих.

Я, конечно, потеряюсь.
Ты купишь щеночка.
Он лизнёт тебя в нос и в рот.
В каком-то стихотворении
Будет последняя точка,
А потом под чьим-то забором
Жизнь меня убьёт.
* * *

Шумит стиральная машина –
А грязь ложится тихо.
Под платьями из крепдешина
Завал, неразбериха.
Непролитые тучи
Висят под небесами.
Я женщиной измучен,
Как тот поэт стихами.
Все женщины – нагие,
Как белые страницы:
Там строчки голубые
Слетятся вдруг, как птицы.
* * *

Встряхну тебя, как градусник,
И уберу в футляр.
Температура радости –
Ещё не жар.
А жаркие признания –
Это бред,
Как просьбы иностранца
За столом в обед.
Зачем на фотографии
Ты смотришь на меня? –
Встряхну тебя, как градусник.
Переломлю, обняв.
* * *

Я из лодки подводной вылезу,
Я весь мёд на губах твоих вылижу.
Загляну я во все твои пропасти
И застряну в тебе своей лопастью.
Ты от бури такой вся вспенишься,
А потом будет утро, оденешься.
Каждый день будешь ты моей встречною,
Каждый день единственной вечною.
Я в краю твоём все пути выхожу,
Дни разлуки я выдюжу, вытужу.
Я из шахты глубокой вылезу –
Не боишься, что я тебя вымажу?
* * *



Танцы на столе

Не танцуй на этом столе, пожалуйста:
Тут с позавчера сидит этот остеохондроз;
Заявился в галстуке на встречу без галстуков,
На танцы взасос.
Станцуй на моём столе
Для себя, для истории,
Для исторжения добра и зла.
Я выпью вино и тебя
Всю, начиная с голеней,
Ведь голень – ты вся,
От электростанции до фонаря.
Танцы на столе... А где же ещё!
Неужели пол топтать неистово?
Танцы – это тот пальцев щёлк,
Который рассыплется
По столу твоими искрами...
* * *

Русский орнамент

Полоскали. Струи быстрые неслись.
На плоточках две рубашки обнялись:
На одной ажурно вышиты цветы,
На другой – косые ромбы да кресты.

Две старухи по белью вальками бьют,
Словно молодость свою глотками пьют,
А рубашки вспоминают о былом,
Понимают: бабки бьют их поделом!..

Ну конечно же, вчера шумел камыш,
В Обь впадал без разрешения Иртыш,
Кровь кипела, и бежал по жилам ток,
Под крестом в цветах лежал её цветок...

Струи быстрые – давно простыл их след.
Прополосканы от радостей и бед –
Две рубашки в разных сушатся дворах,
Две другие затаились в камышах.
* * *



У колодца

Помню, в юности ворот колодца
Раз крутну, а взгляд – на соседке:
Коромысло в виде вопроса
У неё на плечах, уж не детских.
А бадья ещё деревянная,
Тяжелющая, всеми обгрызенна.
Пьём по очереди, пьём пьяные
От любви, и глаза оловянные.
А вдали журавель колодезный
Всё стрижёт жердью небо синее,
Всё качается, воду качает,
А вода таких слов и не знает.
Докачались: уколами скважин
У земли весь живот исколот.
А у скважины каждый – важен!
Он не крутит колодезный ворот!..
Женщины стали ещё умнее:
Собираются теперь в интернете.
Я одну в контактах имею,
Которую тогда у  колодца встретил.
Эвон мальчик, велосипед ладит,
Ему по луже, по воде бы, пока не высохла совсем!
А старик на скамейке белую бороду гладит
И смотрит в улицу, как в огненный мартен...
* * *

Май. Картошка ещё не посажена
И не вытащена ещё.
Наша тайная страсть не уважена,
Пусть остынет, а то горячо.
На картошку – ведра с четыре –
Натяну я холщёвый мещок.
Борозда, ну-ка ноги шире!
Что так мелко пашет плужок?..
Май прошёл. Бабы полют, поклоны бьют.
Там зарыта извечная связь.
В борозде невзначай даст мне кто-нибудь,
Когда будут дожди и грязь.
* * *




Im hooked on you (втрескался в тебя)

О, приколись! Опять в окне я гуглю свет,
Всё тело содрогнулось от ремейка,
Как в то наше свидание от фэйка,
Но я всё верю в твой вариетет.
Зачем ты посылаешь мне дизлайк?
Мой лейбл тебя обманет, словно смайлик.
Всё это фрик: я проще, чем сандалик.
Ты – мой винтаж, и я рычу, как байк.
Мы – два тинейджера: ты помнишь наш онлайн?
Дресс-код угрюмый и мудрёный коучинг?
Оставим флуд, а конфа прежних тайн –
Она сгорела компом в чьей-то ночи.
Приди ж, уже начался уик-энд!
* * *

Ужасы жизни

Ты пойдёшь и купишь хлеба,
И пойдёшь.
Дома ждёт, как привереда,
Хлебный нож;
На столе лежит на кухне,
Где и соль.
Хлеб да соль в голодном брюхе –
Ты не ноль.
Если муж всё на диване –
Ты одна.
Если муж твой иностранец –
Ты страна.
Если ты уйдёшь от мужа –
Он один.
Смотрим мы на жизни ужас –
И едим.
* * *

Я не я! Я влюблён! Я тоскую!
Как прекрасно под солнцем любви!
Ты меня дурачком не зови –
В понедельник влюблюсь я в другую.
* * *


«Мой брат двоюродный, Буянов,
В пуху, в картузе с козырьком...»
А.Пушкин («Евгений Онегин»)

В саду вечернем ожил холодок.
На стул в гостиной платье опадает.
Весну любви поэты вспоминают.
Рассвет уже приял Владивосток.

На джинсах расстегнулась параллель.
«Иду на вы!» – очнулись попугаи.
На улицах опять парад-алле,
Но это будет завтра, и едва ли.

Туман ложится одиноко на реку.
Кукушка завела в себе будильник.
Буянов колобродит, весь в пуху,
Весь в санкциях, недавно из России...
* * *

К О Н Е Ц

==***==