Другая жизнь
режет тишину на стерильные ломти.
В «Миргороде» Гоголь
давно превратился в пыльное пятно на стене.
А ты сидишь за столом,
как в стеклянном кубе,
храня свой «театральный дневник» —
эту опись несбывшихся иллюзий.
Весна?
Она просто раздела прохожих до костей,
выставив напоказ их нелепую жажду выжить.
А в твоё окно стучит верба —
сухая палка,
которой реальность тычет тебе в глаз.
И тут заходит Она.
Миргородская свинья.
Не немая. Не театральная.
Она пахнет навозом и честностью.
Она не читала про «японский рай»,
ей плевать на твои «иные истории».
Она кладет тяжелое копыто
на твою раскрытую книгу,
сметает рылом со стола твою хрупкую меланхолию
и начинает чавкать.
Громко.
Ритмично.
Вкусно.
Это и есть твоя реальность.
Без лишних фраз.
Просто жирная щетина,
обтирающаяся о твои белые одежды.
Свидетельство о публикации №126030306914