Скоморох
горланит куплеты, пьян,
с пакостной страстью в труде преступном
во всем разглядеть изъян,
люд же хохочет вокруг до дрожи,
до ветров, до корч, до слез,
лица не лица уже, а рожи,
отвратные, как навоз.
Где покаянье и где смиренье
в бесстыжей толпе зевак!?
Чу! Всё исправит в одно мгновенье
одетый в кастет кулак:
"Гойда!" - влетело в толпу с разбегу,
замолк и собачий лай...
Алой квашней расползлись по снегу
мозги подлеца - пускай
мир возвратится опять к страданью,
торжественен, тих и строг,
как и положено мирозданью,
в котором убит был бог.
Свидетельство о публикации №122121604523
