Ода Аду

Я умер и отныне бес -
какой восторг! Сквозь ваши души
наш легион на штурм небес
идет свободно, как по суше,
его прекрасна и страшна
ведет царица Сатана
и нет преграды нашей воле
ни в ваших мыслях, ни в сердцах, -
лишь ангелочки в небесах
скрипят зубами поневоле!

Наркоторговец, педофил,
знаток старинных гримуаров
я назначенье получил
в Отряд Родительских Кошмаров, –
являясь к ребятне в ночи,
я открываю им ключи
к запретным наслажденьям тела,
склоняю их в безмерный блуд
и еженощно там и тут
ласкаю грубо их и смело.

Ребенка ядом окурив,
скольжу к нему под одеяло,
намеренно презерватив
не надевая на стрекало,
и жвалами впиваюсь в плоть
до дрожи, до конвульсий, вплоть
до жарких стонов пациента,
когда он ножками сучит
и ловит ВИЧ и гепатит
от нравственного диссидента.

А после, утром на заре,
сдвигая стопочки с дружиной,
делюсь, к какой я детворе
являлся под какой личиной
и ставлю души их на кон
в картежных партиях – закон
велит нам с ближними делиться,
чтоб не сойти за подлеца,
пусть и они вкусят юнца,
пусть не пустует психбольница!

Я полон сатанинских сил,
мои друзья скоты и мрази,
и кто б прощенья ни просил
сгниет в грехе он, как в проказе!
Но в полдень, солнышком дразня,
изводит сон один меня,
страшнее снов и нет похоже,
что если мы не сбавим прыть,
то (что уж тут греха таить)
однажды победим – о Боже!