Кто сказал, что у животных нет души?

   Дядя Серёжа – деревенский пастух – сказал, что нет души у животных.

   Сказал он сие, когда катал Тёмку и других ребятишек с округи на быке Ваське. Деятельность колхоза канула в лету, будто и не было у него в подчинении около пятисот голов крупно-рогатого скота. И теперь в небольшом стаде, состоящем из домашних коров, числилось только два самца: Василий и Мишка. Оба огромные, в два шкафа, но как небо и земля.

   Рыжий Михаил был очень буйным, на всех людей кидался без разбора. Если он не на привязи, только пастух и хозяин могли подойти. Когда Мишка ещё числился в колхозе, на пастбище его не отпускали – сидел на цепи, как сторожевой пёс. «Арестован» он был после давнего нападения на одну из работавших доярок. Оставил несчастную женщину инвалидом на всю жизнь, переломал все руки, ноги и рёбра.

   Сам дядя Серёжа перестал бояться дебошира, когда поступил с колхозной службы на частную: выпивать для храбрости хоть каждый день можно, слова никто не скажет. Как говорится, сам себе хозяин.

   А бык Васька был спокойным, как удав.

   Пастух сначала поднял Тёмку и посадил на широченную спину животного. Бык чуть слышно засопел и пошёл очень медленно, будто боялся уронить мальчишку.

   – Ну, всё! – захмелевший пастырь ловко взял Артёма за подмышки и поставил на землю. – Кто следующий?!

    Желающих было довольно много, поэтому он схватил первого попавшегося и также посадил на спину здоровяку. Парнишка, улыбаясь во весь рот, крепко схватился пальцами за шкуру.

   Дядя Серёжа взялся за железное кольцо, продетое в ноздрях быка, и  потянул за собой.

   Тут стоящие рядом дети увидели то, что их взбудоражило больше предстоящей дебютной поездки на Ваське – у него из больших, добрых глаз потекли самые настоящие слёзы! Капли быстро скатывались по чёрно-пёстрым щекам. Тёмка тут же протянул руку, чтобы  погладить морду, и ладонь сразу стала влажной.

   – Дядя Серёжа, он же плачет! Отпустите его! – дрожащими от жалости голосами загалдела детвора.

   – Кто?! Васька-то? – пастух, противно пахнущий выделенной ему на день самогонкой, только криво  усмехнулся. – Что с этими животинами бездушными станется?!

   Ребята потихоньку стали разбредаться с пастбища по домам. Во-первых, начинался грибной дождик; во-вторых, было понятно, что хмель в голове скотовода заработал активней, слова зазвучали грубее и медленнее.

   Тёмка решил сначала зайти к своей бабушке Мане. Изба её стояла на окраине деревни. Мальчишке до темноты надо было успеть домчаться домой, потом уроки сделать, но ему уже не давали покоя внутренняя обида и один вопрос.

   – Баб! – с порога выпалил Артём, скидывая с ног маленькие резиновые сапожки.  – Как это – у животных нет души?!

   Бабушка, наливая внуку горячий чай, спокойно выслушала сбивавшуюся речь и недовольно забормотала:

   – Да сам он, Серёжка этот – скотина бездушная. Вчерась ни свет ни заря явился. Давай, твердит, денег на опохмел, твоя очередь, а то бурёнку не выводи. Я ему – нет у меня сейчас, дед придёт с дежурства, после и отдадим. Он упёрся, как чёрт рогами… Вас, мальков, небось, за уши дёргает, ежели за стадом ему не следите, когда дрыхнет. А насчёт души, не знаю, милок, только Бог ведает...
   
   Осенью, даже в самом её начале, темнеет быстро. Тёмка, немного согревшись, оделся и побежал домой.

   «Может не у всех есть душа, а у Васьки есть!» – думал он на бегу.  Дождь так и норовил попасть именно в лицо. – «Это у Мишки точно нет – злющий он, хуже собаки...

   И у Петьки, гуся соседского, нет. Иначе чего он, как увидит меня, сразу ущипнуть хочет?

   Вот большие свиньи – бездумные: охота им по лужам валяться, не ототрёшь потом жижу эту. А маленькие поросята – чистенькие, смешные. Щекочешь им живот, а они смеются и визжат только, да пятачком розовым пошмыгивают. Глазки весёлые-весёлые! И как в них нет души? Есть!».


   Солнце уже давно скрылось за горизонтом. Когда поднялся сильный ветер, и по крышам застучал ливень, Артём уже спал на полатях, слегка обжигающих его тело. И снилось ему, как он, с огромным кнутом в руке, выгоняет быка Мишку с пастбища. Злое животное трусливо убегает и проваливается в глубокий овраг, что находится рядом с речкой Богданкой.


Рецензии